Книга Сага о Школе вождей, страница 88 – Дмитрий Емец

Толстый Герцог попытался представить себе такую степень родства, но у него расплавился мозг. Впрочем, у варягов с наследованием всегда всё сложно.

— Куда же они могли исчезнуть? Разве все юные вожди не учатся в Школе вождей? – спросил он.

— Так и есть, – ответил Йадд Младший. – Кроме меня, потому что я слаб здоровьем. Папуля держит меня дома, чтобы я перенимал из его дряхлеющих рук бразды правления. Кроме того, в школе меня могут научить дурному.

«Тебя и дома хорошему не научат», – подумал Герцог, после чего полюбопытствовал, каким образом юные вожди Медведей и Лосей смогли улизнуть из школы.

— Это всё маг Бодуэн. Выживший из ума глава школы… – пожаловался Йадд. – Послал их… ха-ха!.. украсть дочь императора! Через непроходимые горы! Ха-ха-ха! Двух козявок лет по четырнадцать! Без еды, без снаряжения… Мол, пока не выполните задания, не возвращайтесь! Скорее всего, бедняг давно сожрали чудилы. Украсть дочь императора и жениться на ней! Мол, кто украдёт и женится, тот и станет главой Лосиных Медведей!.. Ну а теперь, конечно, наследовать придётся моему Йаддику… Не иначе как Бодуэну кто-то подсказал этот дикий план, потому что сам он дурачина страш…

Толстый Герцог резко подался вперёд. В кресле что-то треснуло. Медная скоба, выскочив из дерева, пронеслась как камень из пращи. Когда Герцог злился, он чудовищно и бесконтрольно раздувался.

Вот и сейчас Герцог понятия не имел, что происходит с его телом и лицом, но просторная одежда вдруг треснула по швам. На лицах Йадда и Йадда Младшего отразился животный ужас. Подобное чувство испытывает мышь, когда когти кота уже выпущены. На многих древневидл, как известно, не следует смотреть, потому что от этого можно сойти с ума или превратиться в камень. За занавесью кто-то из лучников упал, лишившись чувств. Причём ведь туда Герцог взглянул лишь искоса, на секунду, не больше.

— Так вот кто сорвал все мои планы! – прохрипел Герцог и вскочил с кресла, потому что никакое кресло не выдержало бы его безмерно разросшегося тела. Из кожи полезли костяные шипы, щупальца и иглы.

Последним потерял сознание Йадд Младший, он оказался крепче отца.

В каждом старинном замке есть свои тайны: подземный ход, потайная комната с замурованным гостем и прочее. Тайной дворца Толстого Герцога была его кухня. Точнее, то, что кухонь было две. На одной работали лучшие повара, с утра до ночи стучали ножи, бегали поварята в белых колпаках и на десятке очагов готовились изысканные блюда. Несмотря на то что кушанья Герцога славились повсюду, сам он никогда с гостями не ел. На торжественных приёмах рядом с ним всегда стояли полные блюда, но никто не видел, как Герцог ест и пьёт, хотя, произнося тост, он всегда держал бокал в руке.

Другая, личная кухня самого Герцога, по странной причуде находилась рядом со зверинцем. Это была тесная подвальная комната, где бывали только сам Герцог и его верные слуги, все мрачные детины с вырезанными языками. Герцог навещал свой подвал не чаще, чем раз в месяц, после чего, как замечали наиболее наблюдательные из приближённых, зверинец всегда пополнялся новыми обитателями.

Минувшей ночью Герцог побывал на своей кухне, не выдержав обычного интервала. Вчерашний вечер выбил его из колеи. Утром, сонный и отяжелевший, он вновь сидел в своём любимом кресле, которое дворцовые умельцы успели починить. Оба вождя скунсов – Йадд и его перспективный наследник – стояли там же, где и вчера. Стояли и смотрели себе под ноги, только щёки у них были не розовые, а пепельные, а под глазами залегли синие тени. Оба явно не спали этой ночью и едва ли сомкнут глаза ещё ночи две.