Книга Проклятый район, страница 66 – Александр Матюхин

[Get Go IFYOURUNULIVE]

Он быстро совладал с собой, заморгал и выдернул нож из травы.

Но мне хватило нескольких секунд его замешательства, чтобы сориентироваться. Я ударил: хлестко и прицельно. Двумя выставленными вперед пальцами, в правый глаз монстра.

Тишину парка разорвал крик боли. Я хотел ударить еще раз, но Мизинцев отбил мою руку, а сам стал заваливаться на бок, прижав ладони к лицу. Слепо, не целясь, он взмахнул ножом. Лезвие распороло мне плечо, но не сильно. Я чувствовал, как обмякло его тело, и тут же стал извиваться и биться сам, высвобождаясь.

Но на этом все не закончилось. Мизинцев вдруг вскочил и с силой пнул меня под ребра. Перед глазами вспыхнули белые пятна боли.

— Ах ты гаденыш! – прошипел он. – Ну что за человек! Сдохнуть как следует не может!

Он ударил еще раз. Я скрючился, вжал голову в плечи, ожидая удара ножом. Подняться и убежать я бы точно не успел.

— Эй, что у вас там? – голос был незнакомый, мужской.

Удара не последовало. Мизинцев замер, тяжело и хрипло дыша.

— Что происходит? – голос приближался. – Ну-ка прекращайте, иначе полицию вызову!

— Повезло тебе, – буркнул Мизинцев.

— Добро пожаловать в реальность, – прохрипел в ответ я.

Мизинцев пнул напоследок с такой силой, что потемнело в глазах, и скрылся. Кто-то кричал ему вслед, но я был рад, что этот кошмар завершился. Не нужно погони и разборок. Оставьте меня в тишине и одиночестве.

— Пацан, ты в порядке? В больничку надо бы, весь в крови. – Надо мной склонился прохожий, мужчина лет пятидесяти. Вокруг него на поводке бегал французский бульдог.

Хвала собачникам, которые выводят гулять питомцев в любое время дня и ночи.

— Не, не надо, я живой, – удалось с трудом сесть. Ребра болели, голова кружилась. – Спасибо за помощь. Наркоман какой-то телефон отжать хотел.

— Кто в наше время отжимает телефоны?

— Говорю же, наркоманы. Асоциальные типы. Ну, я ему тоже хорошенько вмазал.

— Ты сам часом не наркоман? – спросил мужчина, разглядывая мое лицо.

— Нет, я нормальный, у меня и справка есть.

Как же хорошо было лежать на траве и смотреть в ночное небо. Как же хорошо жить.

Я спал мало и тревожно. В голове было столько всего, что непонятно, как вообще уместилось.

В обрывочных снах я попадал в коридоры больницы и бродил там, под зловеще мигающими лампами, пытаясь найти то Катьку, то родителей. Мне было одинаково страшно за них. В ушах постоянно слышался смех Мизинцева: загробный, потусторонний. Пахло как на болоте.

Около девяти утра меня разбудило настойчивое жужжание телефона.

Девять пропущенных – от родителей. Звонила мама.

Я принял вызов и параллельно поплелся в ванную, умываться.

— Привет.

— Ты куда пропал?

— Спал. Может человек спать?

— Ты вчера ушел из больницы в полночь и не написал, как добрался, я переживаю. Может человек переживать?

Я смягчился. Все же они были забавные.

— Устал, вырубился как мертвец. У отца все хорошо?

— Да, уже лежит в палате и смотрит какой-то сериал. Думаю, меня выпишут завтра, а его еще дня через два. Я тебе переведу денег на карту, закажи себе готовой еды и не разнеси квартиру, пожалуйста, пока нас нет.

— До этого у меня и в мыслях не было, а сейчас… – я протяжно засмеялся, как злой гений из какого-нибудь фильма.

— Если разнесешь, будь добр убрать за собой к моему возвращению!