Книга Девочка, которая любила макароны. Дело о шампуне, страница 19 – Анна Никольская, Наталья Александровская

— И заметьте, никакого ирокеза! Это всё сплетни злопыхателей!

Пьер никак не отреагировал на неожиданное появление внучки. Странно, ведь он не видел Тосю столько дней… Кучерявофъ тоскливо всматривался в толпу, словно пытаясь отыскать кого-то.

И вдруг он заметил женщину в леопардовом блузоне. Выставив вперёд подбородок, она смерила Пьера уничижительным взглядом. Кучерявофъ задрожал.

Пауза явно затягивалась.

— Что это с ним? – в тишине зашушукались зрители.

— Дедушка, приступай! – каким-то странным, словно ломающимся, голосом попросила его Тося.

— Д-да, конечно, – очнулся Пьер и громко сказал в микрофон: – Я рад приветствовать вас, дорогие любители шампуня! Ровно пять лет назад мы открыли свой первый фирменный магазин «Кучеряво живёшь». За это время мы вышли на небывалый уровень! Просто… гм… космический… – Пьер запнулся, а потом вновь принялся старательно читать по бумажке. Однако что-то ему как будто мешало… Причём мешало очень сильно!

Буравящий, враждебный взгляд высокой женщины в леопардовом блузоне – вот что мешало Пьеру Кучерявофъ.

— …Нами было выпущено и продано около трилли… – попытался продолжить он.

— Бла-бла-бла! – расхохоталась женщина в леопардовом. Это была Антонина Парамоновна, разумеется, кто же ещё. – И не надоело вам врать, многоуважаемый Пьер, и притворяться?! Продажами откровенного барахла он хвастается! Расскажите нам лучше, где ваша внучка?

— Что значит где? – взвизгнула Элеонора, выбегая из-за кулис и тыкая пальцем в стоящую на сцене Тосю. – Вот она, прямо перед вами! Не видите?

— Ой, только не смешите меня! – Антонина Парамоновна фыркнула.

Над губернаторским дворцом повисла просто-таки гробовая тишина. Лишь в дальнем ряду раздавалось лопанье силиконовой пупырчатой плёнки.

Гости направили камеры смартфонов на смелую женщину в леопардовом. Элеонора же направила на неё свой гнев, повелев охране выпроводить эту сумасшедшую вон.

Люди в фиолетовом окружили Антонину Парамоновну и, подхватив под локти, стали оттеснять её к выходу.

— Стойте! – распорядился в микрофон Пьер и жестом остановил охрану. – Пускай она выскажется.

Заявив это, он скомкал лист с речью Элеоноры и сунул его в карман.

— Где ваша внучка, Пьер Кучерявофъ? – повторила Антонина Парамоновна, и в её голосе брякнули железные нотки.

— Я всё ещё тут! Хи-хи! – захихикала со сцены Тося, но это прозвучало как-то неубедительно.

— Женщина, вы в своём уме? Вы портите нам праздник! – с этими словами Элеонора подошла к Тосе и крепко её обняла, а потом с силой поцеловала в макушку.

Пьер ослабил на шее шёлковый платок.

— Благодаря шампуню «Кучеряво живёшь» ваши волосы станут необыкновенно красивыми! – невпопад заявила Тося и снова хихикнула.

— Да что вы говорите? – Антонину Парамоновну было сложно обвести вокруг пальца. – Вот скажите мне, любезный Пьер, что вам известно о внучке?

— Мне? – удивился Пьер. – О какой?

— О собственной!

Пьер смутился:

— Ну… разумеется, всё!

— Врёте! – отрезала Антонина Парамоновна тоном, с которым нельзя было поспорить. – Вот что она любит на завтрак, например? Оладьи или глазунью с жареной колбасой?

— О чём вы вообще? – Кучерявофъ окончательно растерялся. – И, собственно, кто вы такая?

— Ага! Не знаете! Зато я, посторонний, можно сказать, Тосе человек, это прекрасно знаю! – Антонина Парамоновна с остервенением опрокинула в себя стаканчик лимонада. – Вы не дедушка Тосе!