Книга Магазин волшебных питомцев 7, страница 29 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Ворон каркнул с явной обидой.

Я откинулся на спинку лавки и впервые за этот долгий день по-настоящему расслабился.

— Ну вот и тайна раскрылась, — сказал я. — Поздравляю, Костя. Ты — приручитель.

Мы со Стасей и Тошей неспешно возвращались к моей торговой точке. Ярмарка вокруг набирала новые обороты. После инициации народ окончательно расслабился, и теперь аллеи были забиты жующими, смеющимися и делящимися впечатлениями людьми.

Тоша плёлся позади нас, с тяжёлым шорохом волоча по асфальту массивное пузо и длинный хвост. Варан явно считал, что его лимит физической активности на сегодня исчерпан, и всем видом демонстрировал вселенскую усталость. Между раздвоенным кончиком его языка лениво проскакивали синие искры.

— Р-р-работа! — гаркнул Архимед, подпрыгнув на моём плече. — Касса стынет! Конкур-р-ренты не дремлют! Шевели поршнями! Время — деньги!

— Уймись, пернатый капиталист, — хмыкнул я, хотя шаг всё-таки прибавил.

Наш шатёр показался из-за деревьев, и я с удовлетворением отметил, что Юра времени зря не терял. Вокруг прилавка толпилась стайка подростков — тех самых свежеинициированных, с горящими глазами и родительскими деньгами на картах.

Кулёк стоял за стойкой. На его ладони сидела серебристо-серая крыса. Зверёк умывал мордочку, быстро-быстро перебирая передними лапками.

Я остановился поодаль, скрестил руки на груди и приготовился смотреть кино.

— … и вот обратите внимание на её моторику, — уверенно вещал Юра, демонстрируя крысу подросткам. — Это не обычный E-ранговый питомец. Это Крыса-швея. У неё пробуждённый дар магии нитей.

— И что она делает? — недоверчиво спросил вихрастый паренёк, вытягивая шею. — Узоры вышивает?

— Лучше! — Кулёк поднял палец, выдерживая театральную паузу. — Она чинит вещи. Допустим, вы порвали мантию на занятиях. Или протёрли любимые носки. Кладёте вещь на ночь рядом с её клеткой. Крыса использует собственную вычесанную шерсть и ману. Она сплетает их в невидимую нить и штопает дыру. К утру вы даже с лупой шов не найдёте!

Подростки восхищённо загомонили. Но тут вперёд выдвинулась девочка с красивой стрижкой и презрительно сморщенным носиком.

— То есть мой костюм будет зашит… крысиной шерстью⁈ Фу-у! Это же как из мусорки!

Стася рядом со мной тихо вздохнула, явно сочувствуя Юре. Я подобрался. Вот он, момент истины для любого продавца: клиент сказал «фу» о твоём товаре при свидетелях. Сейчас Юра либо сдуется, либо…

Юра не сдулся.

Парень обвёл взглядом всю компанию детишек. Остановился на недовольной девочке и спросил:

— Подожди, а из чего сделан твой свитер? Из шерсти, правильно? А из чьей? Ну, кто знает?

Поднялись четыре руки, будто в школе на занятиях.

— Из шерсти овцы! — крикнул веснушчатый мальчик с рожком мороженого.

— Из овцы, — согласился Юра. — Из кроличьего пуха получается ангорка. Из козы — кашемир, мохер. Кашемир, между прочим, — это вычесанный подшёрсток, и стоит он на вес золота. Весь мир тысячи лет носит на себе шерсть животных, и никого не тошнит. А тут — шерсть чистая, здоровая, от зверька, который живёт лучше меня.

Он посадил крыску на прилавок и добавил уже тише, доверительно:

— И вообще. Она штопает маной. Вы когда последний раз носки с зачарованным швом видели? Такой шов крепче ткани. Мама вам спасибо скажет, что ей самой штопать не надо.