Книга Магазин волшебных питомцев 7, страница 35 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Девушки-первокурсницы за спиной Лейлы тихо запищали от восторга, но подойти ближе не рискнули.

— Феникс? — Лейла не отрывала взгляда от переливающегося создания. — Но почему кристальный? Что он умеет?

— Жить вечно, если повезёт, — хмыкнул я. — Его кристаллические перья — это природные накопители. Птица втягивает свободную ману из окружающего пространства, фильтрует её и использует для мощнейшей регенерации. Любая трещина на её броне, любая рана затягивается за минуты.

Птица в клетке склонила голову, блеснув сапфировым глазом, и издала короткую, звонкую трель, от которой блики на лицах людей заплясали быстрее.

— Уникальная! — подтвердил Архимед сверху. — Хр-р-рустальная мечта! Музейный экспонат! Сваровски отдыхает!

Я видел, как в глазах Лейлы загорается тот самый огонь коллекционера, который нашёл жемчужину. Она уже представляла, как принесёт эту птицу в поместье Юсуповых. Как её отец выйдет из корпуса с бассейном и хотя бы на минуту замрёт перед этой клеткой.

— Я беру её, — голос Лейлы дрогнул, но она тут же взяла себя в руки и вздёрнула подбородок. — Срочно. Двести тысяч рублей. Прямо сейчас.

Двести тысяч. Для студента — состояние. Для Юсуповых — карманные расходы на кофе.

— Двести тысяч — отличная цена за редкого зверя D-ранга, — спокойно произнёс я. — Но это C-ранг. И мы оба понимаем, что эта птица — не просто «редкий зверь». Это единственный экземпляр в мире. Настолько же уникальный, как и акула вашего отца.

Я сделал небольшую паузу, давая словам осесть. Потом назвал свою цену:

— Четыреста тысяч. За абсолютную эксклюзивность.

Юра схватился за сердце. Стася округлила глаза.

— Да вы знаете, кто мой отец? — ощетинилась брюнетка.

— Знаю, — кивнул я. — Ваша семья точно может позволить себе такие расходы.

Лейла явно хотела возмутиться, но затем снова посмотрела на переливающегося кристаллами феникса.

— Четыреста, — процедила она. — Но если птица окажется обычной пустышкой, я верну её вам, и вы будете должны мне сверху за моральный ущерб.

— Пр-р-ррофит! — взвизгнул Архимед. — Двойной тариф! Ограбление века! Птичка в шоколаде!

Дзынь! Коммерческий триумф!

Статус: Вы только что продали мутировавшую канарейку по цене автомобиля. Уровень вашей наглости пробил стратосферу.

Примечание:Система гордится вами. И немного опасается. Вы же понимаете, что теперь Юсупов узнает, что его инкогнито раскрыто?

«Разумеется», — ответил мысленно и чуть склонил голову.

— Отлично. Клетка, премиальные корма и моя личная гарантия качества прилагаются. По рукам, Лейла Рустамовна.

Она достала из сумочки платиновую карту и уверенно приложила к терминалу, который Юра трясущимися руками выставил на стойку. Аппарат пискнул, подтверждая перевод.

— Олигар-р-рхи! — заорал Архимед, хлопая крыльями. — Гуляем! Птичке — самый большой ор-р-рех! Кокос в студию! Касса лопнула!

— Давайте привязку, если умеете, — нетерпеливо сказала Лейла, стягивая перчатку. — Я хочу забрать её немедленно.

Я открыл дверцу клетки. Кристальный феникс переступил по жёрдочке, издав мелодичный перезвон, и забрался на моё предплечье. Я взял Лейлу за запястье и пустил ману, формируя ментальный канал.

Тонкая, прохладная нить связи легла без проблем. Птица радостно чирикнула, а Лейла шумно выдохнула, почувствовав отклик. И тут Кристальный феникс резко оттолкнулся от моего предплечья и с шумом, похожим на рассыпавшуюся охапку хрустальных колокольчиков, взмыл вверх.