Книга Инквизитор Тьмы 4, страница 58 – Алексей Валерьевич Шмаков

Главное, что сейчас Чернушка рядом с ней и изменилась. Всепрощение, которому позавидуют даже самые рьяные фанатики богов милосердия и так далее. Чего только в последнее время в мире не появилось.

— Не нужна мне твоя Чернушка. Смогу достать себе и другой материал для работы. Но я уже тебя предупреждал, если она решит взяться за старое и каким-то образом сможет связаться со своим основным телом, то уничтожу на месте. Даже не буду разбираться, что произошло.

— Ты злой!

Выпалила Мэй. Показала мне язык и убежала в поместье. Там она уже ориентировалась лучше меня, поэтому не заблудится. А то, что считает меня злым, это нормально. Многие дети считают такими своих родителей, когда они им что-то запрещают. А меня пока можно смело считать её отцом. Вот когда Николай с Ульяной скажут, что малышка их, тогда это, и изменится. А пока так.

Если Мэй я ничего не хотел говорить, то Ярослав будет мне помогать. Поэтому отправился на его поиски. Заодно посмотрю, что значили слова малышки о том, что она немного изменила их мировосприятие. То, что залезла к ним в головы это понятно. Но вот насколько всё окажется критичным…

Оказалось, что вообще некритичным. Просто малышка сделала так, что о ней забыли на пару минут. А потом бросились искать. Именно за этим занятием я застал Ульяну и Ярослава, а вместе с ними и добрую половину жителей поместья.

— Так и знала, что она уже свалила из лагеря. И почему не послушалась Колю? — начала бубнить себе под нос Ульяна, когда я ей обо всём рассказал. Больше задерживаться она здесь не стала и отправилась за малышкой.

Я же взял в оборот Ярослава и потащил его в лазарет, где застал порхающую над сыном Алёну. Дубова уже вовсю освоилась и командовала Данилычем только в путь. При виде меня медик лишь коротко кивнул, вызвав вздох облегчения.

Первое время после применения руны подчинения он едва ли не на колени вставал при моём появлении. Пришлось отдавать чёткие приказы, как нужно себя вести рядом со мной. Но всё равно мне постоянно кажется, что Данилыч может сорваться в любой момент.

— Как он? — спросил я у Алёны, отвлекая её от какой-то странной процедуры.

Для чего-то Алёна засовывала пальцы, окутанные силой Сергею в уши, в нос. Прикладывала их к глазам, губам, щекам и бровям. Впервые вижу, чтобы целители проделывали нечто подобное.

— Если не считать повреждённой руки, то этот молодой человек полностью здоров. Я бы даже сказала, на удивление здоров. Нет вообще никаких изменений, присущих его текущему возрасту. А вот с рукой мне придётся долго возиться. Не исключаю, что столь сильные повреждения окажутся для меня непосильной задачей. Я ни в коем случае не отказываюсь лечить. Просто сразу предупреждаю.

Пока девчонка говорила, она продолжала осмотр Сергея. А про руку я и без неё прекрасно знаю, что не потянет. Слишком сильно её повредила скверна, да и я потом ещё добавил, здесь нужен целитель гораздо сильнее. Не исключено, что даже Ростова не сможет справиться. Придётся мне тогда идти на поклон к Харитонову.

Малышева, после случившегося на приёме точно пошлёт меня на хер. А к Павлову, который до сих пор не вернулся в столицу, у меня, у самого имеется очень интересный разговор. Ему я точно не доверяю сына, что бы ни случилось.

— Сделай что сможешь. Постарайся просто сохранить руку в таком же состоянии, до прибытия более сильного целителя. Позже позвоню Юле, уверен, она не откажет помочь моему сыну.