Книга Макото. Том пятый, страница 55 – Алексей Валерьевич Шмаков

Наверняка имеются факторы, которые ускоряют процесс обработки, вот только их, похоже, не знает не только куратор, но и его начальство, которое не смогло рассказать мне, как пользоваться преобразователем.

Отправил три кристалла обратно, оставив себе лишь серый бочонок преобразователя. Я не чувствовал совершенно ничего, держа кристалл в руках. Он был похож на простой кусок, очень мутно, грязного стекла. Попытки коснуться его энергией ни к чему не привели. Я испробовал все её виды, но кристалл никак не реагировал на это. Он по-прежнему оставался мёртвым.

— И как ты должен преобразовывать энергию, когда ты даже не хочешь отзываться? Где у тебя находится кнопка включения? Наверняка ты работаешь по принципу поглотителя. Я же видел, как во время боя с Шуваловым ты превратился в настоящую чёрную дыру и затягивал в себя абсолютно всё, даже высшие энергии. — совершенно незаметно для себя начал я разговаривать с преобразователем.

Хорошо, что гул за бортом самолёта отлично приглушал мой голос, а то остальные подумали бы, что у меня совсем потёк чердак. Мало того что ушёл подальше ото всех, так ещё и сидит, разговаривает сам с собой.

Разговоры с кристаллом тоже не помогли. Я явно, что-то делаю не так, вот только осталось понять, что именно. Возможно мне нужно просто подобрать правильную комбинацию из сочетания энергий, для активации преобразователя. Точно так же, как это было с управляющим энергетическим каналом Голицина. Там я тоже не с первого раза понял, что нужно использовать только низшие энергии.

Весь оставшийся полёт я провёл экспериментируя. Какие комбинации я только не пробовал, но кристалл по-прежнему не собирался отзываться.

Единственная комбинация, которую я не использовал было совмещение всех четырёх энергий, но у меня это тупо не получилось.

Не знаю почему, но когда я попробовал соединить вместе все четыре энергии, они начали работать по принципу магнитов с одинаковым зарядом. Приблизить их друг к другу и соединить было просто нереально. Моих сил для этого явно не хватало. И я сильно сомневаюсь, что на подобное способен хоть кто-то.

Когда самолёт приземлился, пришлось убирать преобразователь, так и не добившись хоть каких-то результатов. Но я не расстраивался, было бы очень странно, если активировать его у меня получилось с первого раза. Я бы совершенно точно заподозрил что-нибудь неладное. А так всё в порядке и идёт своим чередом. Просто я пока не смог подобрать нужный ключ, и всё.

Возле трапа самолёта нас встречали Искандер и Аракчеев. Их лица вызвали у меня отвращение.

— А где Аркадий Вениаминович? — вместо приветствия спросил я, чем, похоже, обидел встречающих, но мне было как-то плевать.

После того, что я выяснил о них из воспоминаний Инессы я начал презирать этих людей. Мне было противно даже находиться рядом с ними. Аракчеев, в отличие от Искандера, быстро проглотил свою обиду и попытался сделать вид, что всё в порядке.

— Он прибудет непосредственно перед началом переговоров. Возникли какие-то проблемы в академии, требующие его личного вмешательства. — ответил мне казначей, протягивая руку для рукопожатия. Я просто прошёл мимо, сделав вид, что не замечаю его жеста. Не хватало мне ещё, мараться о подобное дерьмо.

— Ах ты сопляк! Да кем ты себя возомнил? — заорал мне в спину Искандер, которого вывело из себя моё поведение.