Книга Княжич, страница 127 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Всё ко мне! — крикнул я храбрам, когда уловил движение позади себя.

Молодцы храбры, моментально среагировали успели все оказаться рядом, когда светоч в руках моих полыхнул. Раздался вопль яростный, получила знахарка удар страшный.

— Андрей держи сколько сможешь. — передал я светоч волхву, а сам принялся в золе копаться, открывая себе дорогу к погребу.

Храбры начали мне помогать, а Андрей стоял над нами и держал светоч. Должны мы успеть до тайника знахарки добраться, покуда силы у волхва не кончатся. Долго держать зажжённым светоч Ярило даже мне тяжело, а чего говорить о современных волхвах. Если они даже истинным зрением пользоваться не умеют.

Носилась вокруг пятачка освещённого знахарка, осыпая нас проклятьями, да пытаясь оглушить визгом диким. Но не поддавались храбры стойко терпели все.

Впятером мы быстро нашли место нужное, не став долго думать просто проломил я пол, а вместе с ним и чары защитные и упал в погреб. А дальше руки мои вошли в землю, утрамбованную, что оказалась твёрже камня любого.

Почувствовал я, как кожа с рук моих слезла, причиняя боль дикую. Дёрнулась на шее Машка, желая раны исцелить.

— Не сейчас. Кровь моя поможет силу знахарки уничтожить. Станет она подношением Земле-матушке. — прошипел я, чтобы Машка и не думала меня пока исцелять.

А после этого я заговор начал говорить. В порядок землю привести нужно было, слишком много в ней силы чёрной хранилось.

Силы в вещах и останках заговорённых, что при жизни сюда знахарка прикапывала.

Как только начали с губ моих слова заветные срываться, завопила кровососка пуще прежнего и посыпалась на меня зола сверху.

«Держи Андрей светоч. Держи не сдавайся. Жизни храбров сейчас от стойкости твоей зависят». Думал я, терпя боль страшную.

С жадностью впитывала земля проклятая кровь мою, да вот только не знала она, что кровь эта станет для неё очищением. Закончил я с заговором и ощутил, как земля отозвалась мне. Вздрогнуло всё вокруг. Почва под ногами вмиг в кашу превращаться стала, а из каши той выскочили на меня сразу четыре игоши^[3].

Безрукие, безногие, с пустыми глазницами и зубами острыми. Как раз зубами этими они в меня и вцепились.

Тут уже не выдержал я и дал разрешение Машке исцелить меня. Но бросилась змейка не к рукам изувеченным, а к игошам, что продолжали вгрызаться в тело моё.

Начала Машка игошей в плёнку водяную заключать. Как только первый оказался в ловушке, пронзил уши мои вопль кошмарный. До этого момента знахарка тихо стонала, а вот теперь действительно проняло её.

Были, видимо, эти игоши детьми её, мертворождёнными. В их телах и хранила она свою силу чёрную. Силу, которую собирала, чтобы суметь ребёнка нормального родить.

Доводилось мне уже слышать о подобных случаях. Та же бабушка Ягиня рассказывала, что не всем тайные знания пользу приносят. Женщины некоторые навсегда утрачивают возможность дитя родить. А для любой женщины это важнейшее, что она может сделать в жизни своей.

Вот и начинают те, кто знаниям тайным открылся способы искать, как помочь себе. Тогда и игоши в мире явном появляются.

Знахарка наша была очень упорной при жизни, раз сразу четыре игоши создать смогла. Теперь, чтобы справиться с ней, мне сперва игошей изгнать нужно будет.

Машка уже всех их от меня убрала и висели они сейчас в водяных коконах, пытаясь разорвать их зубами и освободиться.