Книга Нулевой Отряд, страница 130 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Вы считаете его предложение реальным? Насколько я понимаю, он не предоставил никаких гарантий и рассчитывает, что вы сами пойдёте на контакт.

— Да. Он не пытался выманить меня одной красивой идеей. Косьянов был частью их проверки, и этого достаточно, чтобы отнестись к ним серьёзно. Даже если само предложение окажется ловушкой, за ним стоит организация, располагающая людьми и возможностями.

— Вы ему доверяете? Если нет, на чём тогда основано намерение продолжать общение?

— Нет. Но верю, что он хочет продолжить разговор. Мне не обязательно доверять ему, чтобы использовать следующую встречу и выяснить, чего он добивается.

Для меня этого было достаточно. Доверять Воронцову не требовалось. Нужно было, чтобы он снова открыл дверь.

Потом голос спросил о заражённом.

— Вы уверены, что в данном случае с вами говорила непосредственно Скверна? Не человек, находившийся под её влиянием?

— Да. Заражённый говорил о своём теле как о чужом и не пытался сохранить ему жизнь. Меня интересует не степень подчинения носителя, а то, почему собеседник обещал продолжить разговор после его гибели.

— На чём основана ваша уверенность? Подобные слова мог произнести и заражённый, окончательно потерявший контроль.

— Он называл силу принадлежащей Скверне и говорил о гибели носителя так, словно она его совершенно не касалась. И обещал снова поговорить со мной, когда этого тела уже не будет. Одними изменениями поведения я бы такой вывод не объяснял.

Настоящую причину полной уверенности оставил при себе. Чёрные нити я видел один и пока собирался сохранить это преимущество.

После короткой паузы разговор вернулся к моему запросу.

— Мне нужен доступ к делам бывших сотрудников, которые занимались Скверной, — сказал я. — Не ко всему архиву. Достаточно сведений о службе, операциях и связях, чтобы проверить слова Воронцова и понять, кто мог оказаться рядом с ним.

— Вы запрашиваете один из самых закрытых массивов организации, — напомнил собеседник. — Доступ к этим материалам ограничен даже для действующих сотрудников. Почему вы считаете, что его следует предоставить кандидату?

— Потому что, если Воронцов сказал правду, у него работают люди, знакомые с вашими исследованиями. Без возможности сопоставить их связи я буду проверять только те версии, которые мне позволят проверить другие. А после Косьянова я не собираюсь ограничиваться чужим списком подозреваемых.

— Что вы намерены делать, когда найдёте их? — спросил голос. — Нам необходимо понимать, для чего вы запрашиваете столь закрытые сведения.

— Сначала выясню, до чего они добрались и с кем работают. Потом станет понятно, какую угрозу представляет их деятельность. Но даже если найду этих людей, без сотрудников Нулевого отряда я ничего не смогу сделать. Всё, что установлю, передам вам, а дальнейшие действия придётся планировать вместе. Сейчас обещать, что я сразу найду виновных, бессмысленно.

— Вас интересуют результаты их работы? Если они действительно научились использовать Скверну, это может изменить весь ход расследования.

— Только в той мере, в какой помогут их остановить. Скверна должна быть уничтожена. Превращать её в инструмент я не собираюсь, и сотрудничать с людьми, которые ставят такую цель, тоже.

Наступила тишина. Через несколько секунд связь оборвалась.