Книга Сирота, страница 28 – Алексей Валерьевич Шмаков

Вот зачем Виктору Апраксину знать, за кем замужен дочь его троюродной тётки по материнской линии? И кто родители её избранника?

Объяснить мне этого никто не мог. Как и то, почему эта информация напрочь вылетает у меня из головы. Всё остальное запоминалось с первого раза. А вот с родственниками была серьёзная проблема.

А ведь мне ещё предстояло сдавать экзамен. Причём в полевых условиях. Как сказал Воронов, в мою честь будет собран званый ужин, на который пригласят всех этих родственников. И я должен буду поздороваться с каждым из них, не допустив ни одной ошибки.

Почему сам Виктор не может отправиться учиться в эту академию, мне также ничего не говорили. Только Волк один раз обмолвился, ещё когда мы находились на территории детского дома. Он, кстати, занимался со мной гораздо больше остальных. И даже применял свою магию. Говорил, что благодаря ей, я буду лучше всё запоминать. Вот только я всё равно блокировал все его попытки проникнуть в мой разум. Но он отчего-то был убеждён, что всё получается. Переубеждать в обратном я его не собираюсь.

Вот и сейчас он пытался заставить меня запомнить всех родственников. У меня же в голове остались только сам князь Григорий Константинович Апраксин и графиня Ростова. С той фотографии, что показывал мне Волк ещё в приюте.

И, как оказалось, та женщина на самом деле не родная тётя Виктора, а одна из его поручителей. Очень странное слово, и что оно означает, я толком не понял. У этих аристократов всё ни как у нормальных людей. Как мне попытался объяснить Волк, когда в твоей семье рождается ребёнок, то ему ищут троих поручителей. Эти люди ручаются, что ребёнок вырастет и займёт достойное место в обществе.

Если с таким ребёнком что-нибудь случается, или он вырастает каким-нибудь преступником, то поручители могут сильно пострадать. Лишиться части своих сил и заполучить ещё кучу всяких неприятностей.

Очередной раз убедился, что аристократы странные. Сами соглашаются на подобное.

А ещё я узнал, что они всегда держат своё слово. Это мне уже рассказывал Воронов.

— Слово аристократа нерушимо. Если он что-то сказал, то уже не может отвернуться от своих слов. Это лишит его части сил, которые потом будет крайне сложно восстановить. Если вообще возможно. Поэтому Виктор, ты должен знать, что разбрасываться словами не стоит. Скажешь кому-нибудь с горяча, что убьёшь его, и должен будешь это сделать. Скажешь, понравившейся девчонке, что женишься, и должен будешь это сделать.

И тут я понял, что лучше всего будет постоянно молчать. Хотя и раньше никогда не нарушал данного слова и всегда делал то, о чём говорю. Просто не мог поступить иначе. Пусть и видел множество раз, как другие врут. Говорят одно, а на самом деле делают совершенно другое, или вообще не делают.

И в основном так поступают взрослые. Они постоянно что-то обещают, но так и не выполняют. Так, я слышал, что Азарова обещала деду Мите новый автобус. Ещё года три назад, но в итоге только благодаря моей сделке с Волком он его получил.

И было ещё много подобных примеров. Отчего-то дети в этом плане были гораздо надёжнее взрослых. Если мы о чём-то договаривались, то обязательно выполняли эти договорённости. Даже если нужно было сделать что-то, что нам не нравится.

Прям, как я сейчас. Сижу и мучаюсь, запоминая родственников Виктора. Но я уже дал слово, согласился работать на Апраксиных. И не собираюсь его нарушать. К тому же у меня всегда были яблоки, а это огромный плюс. В приюте нас заставляли учиться и без всяких яблок.