Книга Найденыш, страница 111 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Да ладно тебе. — отмахнулся дядя. — Словно в первый раз. Отбрешемся. Они ещё потом и благодарность объявят. Вот увидишь.

— С тобой я только увижу, как пролетает моя карьера мимо. — буркнул Белозёров и двинулся к своим людям, которые сейчас кружили рядом с поверженными доспехами и нашими Святовитами.

С Артёмом всё было в порядке. О чём свидетельствовали приборы, перед тем, как я катапультировался.

Интересно, а почему его не катапультировало? Ведь у пилотов должна быть такая функция, вдруг одного вырубило, но он всё ещё жив? Или я просто не нашёл нужную кнопку? Увидел жёлтую и сразу нажал

Задумался об этом, но встретился взглядом с Чернышёвым и выкинул из головы.

— И о чём вы хотели со мной поговорить? Предложить компенсацию за эту атаку, затем за катапультирование? — спросил я.

— Хочешь стать испытателем нового МД? — сразу выпалил дядя, не обратив внимание на мои слова о компенсации. Совсем не дело.

И только после этого я заметил едва различимую, золотистую пелену, что заключила нас в кокон радиусом метра три. Сразу понятно, что это защита от подслушивания, подглядывания и вообще от всего. Уверен, что эта защита отлично справится даже с прямым попаданием из крупнокалиберной пушки «Святовита». А ещё она не станет мне мешать, если захочу уйти. Просто не сможет этого сделать. Мой левый глаз как-то был с ней связан. Этим я и заинтересовался, поэтому не ответил сразу на вопрос Чернышёва.

— Я уже шесть лет веду разработку источника питания, который сможет выдержать силу члена старшей семьи. Не слабосилков, а кого-нибудь действительно сильного. Реактор практически уже готов. Сейчас проходит полевые испытания. Успешные. Только мне нужен человек из старшей семьи с хорошим потенциалом.

— Вы же сами говорили, что я не блещу талантом к магии? И что там с компенсацией? Она обязательно должна быть.

Воспользовался левым глазом, но дядя такой же, как Волк, Григорий Константинович и наставники. Хрен его пробьёшь.

— Мало ли что я говорю при посторонних? — как-то очень лукаво посмотрел на меня дядя.

Ясно даёт понять, что меня он посторонним не считает. Хотя и видит первый раз в жизни. По крайней мере, мне никто не говорил, что они с Виктором раньше встречались. У него вообще, было крайне мало контактов с представителями других родов. Я имею в виду, именно высшей аристократии. В основном только родственники. И то крайне ограниченное количество.

— Пусть мы с Лёхой и давние друзья. Вместе много хлебнули, но всё же он Белозёров. И даже не принадлежит к вассальному роду. Так что здесь даже говорить не о чем. Ему не нужно знать то, что знаешь ты. Род превыше всего.

Стандартная фраза, которую я слышу по несколько раз на дню. Практически каждый учитель говорит её. Наставники так вообще, едва ли не через каждые пять — десять предложений. Только учитель Тацуя молодец. Но у него свои заморочки — кодекс чести, которому он следует неукоснительно.

— Тогда получается, что талант у меня всё же есть? И как я могу стать вашим испытателем, когда совсем скоро окажусь в академии Годуновых? И мне нужна компенсация!

— Надоел, будет тебе компенсация. Позже обсудим. — скривился дядя. Вот только так просто у него не получится соскочить. А в моём понимании именно это он и пытается сделать своим «позже обсудим». — Талант у тебя, естественно, есть и очень хороший. Иначе просто быть не может. Всё же в тебе течёт кровь двух старших семей. И твои родители были в них далеко не последними людьми. Да и с даром у них всё было в порядке. Но, повторюсь, этого не стоит знать посторонним. Всегда необходимо удивлять противника. А для тебя все, кроме родственников, являются таковыми. Как и для любого члена старшей семьи.