Книга Найденыш, страница 71 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Что ты замер? Или не слышал, что я тебе сказала? Подойди, поклонись и проси прощения. У всех нас.

Что-то резко изменилось в голосе княгини, и на мгновение мне даже захотелось действительно подойти к ней. Но лишь на мгновение. Я быстро прогнал это желание. Никто не может мне приказывать. Просить могут, но не приказывать. Это уже переходит все границы. В нашем контракте ничего подобного не прописано.

— Кланяться я буду только перед императором и другими князьями, но никак не перед вами, тётушка. Вы вообще перешли в другой род и не смеете говорить от имени всех Апраксиных. Прощения просят лишь слабые. Своей вины я ни в чём не вижу.

По мере того как я говорил, глаза у присутствующих округлялись. Похоже, что до меня никто не смел вот так разговаривать с княгиней и тем более отказывать ей.

— Подойди, поклонись и попроси прощения у всех нас. — повторила тётя, только на этот раз она очень старательно проговаривал каждое слово, словно от этого что-то зависело.

Меня это совершенно не взяло, а вот несколько человек за её спиной реально взяли и поклонились. Да так и замерли в согнутом положении. Странные они какие-то. Может, таким образом, решили за меня заступиться? Зря, конечно. Но я всех запомню, потом поблагодарю.

— Нет, тётя. Не буду ничего из этого делать. А извиняться нужно тебе. Даже я понимаю, что подобное поведение с твоей стороны не приемлемо.

— Склонись!

В голосе тёти зазвучали стальные ноты. И мне снова захотелось ей подчиниться. Только этого никогда не будет. Ещё чего! Я наследник Апраксиных, а она вообще перешла в другой род и пытается командовать?

— Извинись. — произнёс я совершенно спокойно, в противовес импульсивному выпаду тёти.

Отступать было нельзя. Не могу я просто так поступить. Не знаю, как повёл бы себя на моём месте Виктор, но меня что-либо уже поздно. Я не отступил перед учителем Тацуей, а здесь тем более не собираюсь сдаваться.

Там в меня поверили все, кто видел наш поединок, и если сейчас я уступлю, то подведу всех этих людей. И пускай я получу нагоняй от Волка, может даже оштрафовать меня или как по-другому наказать, но вот так просто я не оставлю нападки тёти.

— Какой нахал! Точно, не самый воспитанный. Склонись и будем считать, что я тебя прощаю. — сказала княгиня, и давление на мгновение стало очень сильным, но лишь до того момента, как я позволил своей силе освободиться.

Сразу стало невероятно легко. А ещё я вновь ощутил поддержку. В точности, как и во время боя с инструктором. Сейчас эта поддержка была совсем незначительной. Скорее всего, это Димка. Больше здесь просто некому меня поддерживать. Пока.

— Действительно, не самый воспитанный среди присутствующих. — согласился я с тётей. — Но гораздо воспитаннее вас. Не заставляю никого из родственников склоняться предо мной. Не пытаюсь ни на кого давить. И хочу лишь одного — извинений.

Княгиня рассмеялась, смотря мне прямо в глаза. На мгновение они затянулись тьмой. Прям, как у Волка, только у него белёсой пеленой. И после этого я всегда ощущал силу разумника. А вот с силой тёти ничего не вышло. То ли она передумала, то ли просто её воздействие никак не коснулось меня. Тогда кого?

Посмотрел по сторонам, вроде всё в порядке. Вон, даже склонившиеся, разогнулись и непонимающе крутят головой по сторонам. Видимо, тётя умеет воздействовать на людей, как и я. И именно это она сейчас пытается провернуть со мной. Заставить таким образом склонится перед ней. Но если уж разумник не справился, то ей и подавно ничего не светит.