Книга Студиозус 1, страница 43 – Алексей Валерьевич Шмаков

Судя по разговорам, что меня разбудили, таковыми считали всего троих: меня, Василису и великую княжну. Разбудить меня уже разбудили, больше точно не усну, значит, нужно вставать. Сперва разогнать этих уродов, а потом уже решу, хочу им помогать с поиском завтрака или нет.

— Вот чего вы так разобрались? Неужели непонятно что люди ещё спят? — высунулся я из своей комнаты, жуя вчерашний бутерброд.

Оказывается, что ни совсем голова у меня вчера не варила. Додумался оставить перекусить на утро. А ребята, которые сейчас смотрели на меня голодными глазами, точно были совсем не продуманными в этом плане. Снова сказывается их сытая жизнь.

— Понятно. Но мы же вроде и не шумим? — заговорил взъерошенный парень, очень похожий на нахохлившегося воробья. После сна волосы торчали у него во все стороны.

— Это вы так думаете, что не шумите. Здесь очень хорошая слышимость. Каждое ваше слово прекрасно слышно. Шли бы вы на улицу и там разговаривали. Может, и смогли бы решить свою проблему.

— Так, мы хотели. Только ничего не получилось. Там на выходе какая-то защита стоит, которая нас не выпускает.

— А вы вообще с какого факультета? — только сейчас додумался спросить я, доедая бутерброд. Конечно, уже слегка заветрен, но ничего, всяко лучше куска чёрствого хлеба.

— Трое с золотого и двое с серебряного. — ответил парень, который был в этой компании за главного. По крайней мере, все остальные отчего-то молчали.

Тогда понятно, почему они не могут выйти из помещения. Вроде Пётр Алексеевич говорил, что подготовил защитные артефакты только для студентов факультета старшей крови. А я уже знаю, на примере Охранителя, что такие артефакты ещё выступают в качестве разного рода ключей.

— Сейчас я вам помогу выйти отсюда, а вы за это принесёте и мне завтрак. Яичницу, хлеб с маслом, чай и яблоко. А лучше два. Согласны?

Парни были согласны, и только после этого я вышел из комнаты. Дальше ничего сложного не было, направился к выходу и упёрся в невидимую стену. Очень интересно. Даже несколько раз ударил по ней. Словно бьёшь по чему-то очень упругому — желе, студень или что-то похожее. При этом все мои артефакты молчали. Даже подаренный ректором. А я думал, он станет ключом.

Но сдаваться так просто не собираюсь. Вон и ребята ждут, когда я их выпущу, чтобы принести мне завтрак. А там будет два яблока. При мыслях об этом захотелось есть, и даже уже поглощённый бутерброд не помог. А ещё захотелось понять, что это за защита такая невидимая и упругая? И почему она не выпускает учеников за пределы этого здания? Ведь не собираются они держать нас здесь до полудня?

Желание было очень сильным, и на него откликнулась сперва тьма, а затем к ней присоединился и свет. Но действовать без моего разрешения они не могли.

— Разойдитесь все по своим комнатам и если кого увидите, скажите им сделать то же самое. Когда проход будет открыт, я вас позову. — сказал я, ждущим меня парням.

Кто знает, получиться у меня чего, или нет? А вот так опозориться на глазах у людей, которые уже признали меня главным, совершенно не хочется. Да и Василиса вчера обмолвилась, чтобы я старался меньше показывать всем свою силу до аттестации. Сказал она это перед тем, как пришёл первый благодарный новичок. Тот самый парень — которого приложила великая княжна.