Книга Князь, страница 62 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Весьма удивлён. — не стал скрывать Алексей Петрович. — Насколько я знаю, Стрепсы никогда не расставались с Годуновым, будучи их самыми верными слугами.

— Времена меняются. Настала пора и нам вылезать из кокона, в который добровольно залезли и сидели в нём десятки поколений. — заговорил Вениамин. — Для меня огромная честь познакомиться со столь выдающимися людьми. Дед мне рассказывал, как однажды он, будучи ребёнком, совершенно случайно оказался на территории факультета старшей крови в тот момент, когда там повздорили представители Апраксиных и Чернышёвых. И были это не ученики, а их наставники. Вроде потом факультет пришлось полностью перестраивать.

Баба Настя фыркнула, а Алексей Петрович растянулся в довольной улыбке, вспоминая давно минувшие дни. Это чего же они творили в академии, что даже умудрились разнести квартал факультета? И сколько им на самом деле лет, раз дед Вениамина в тот момент был ребёнком? Потом обязательно подниму этот вопрос, если не забуду.

— Знаешь, мальчик, твой дед тоже далеко не подарок. Помнится, даже мне приходилось гонять его от женских общежитий. И ведь пользовался зараза, своими способностями, чтобы обходить охрану. Отводил глаза, а потом ещё и ложные воспоминания закладывал в их разум. Появись он сейчас за пределами академии, моментально получит несколько десятков вызовов на дуэль. Многие из нынешних глав влиятельных семей пострадали от проказ твоего деда.

Думал, что Вениамина невозможно удивить. Что все разумники крайне невосприимчивы к такому роду вещам, но оказался не прав. Парень открыл рот и не знал, что сказать на подобные новости со стороны баб Насти, которая не спустила ему с рук подобных вольностей при посторонних. Только к этому моменту рядом с нами остался только Воронцов.

Помогла нам суета, что началась как-то совершенно незаметно. Поднялся негромкий гул голосов и все куда-то медленно двинулись.

— Похоже, что теперь вечер может быть официально открыт. — произнёс Григорий Константинович, вглядываясь в ту сторону, куда все и двинулись. Это могло означать только одно — прибыл император.

Воронцов моментально извинился и отклонялся. При этом его глаза заволокло белёсой пеленой, что вызвало улыбку у Вениамина, стоило ему только увидеть это. Сам он к подобному визуальному эффекту старался не прибегать. Говорит, что это сразу же выдаёт менталиста, чего лучше не делать. Во время сражения всегда первыми пытаются вывести из строя разумника и по белёсым глазам распознать его очень легко.

— Держись нас и не отставай. — сказал я парню, когда и мы двинулись в сторону, где все собирались.

Места здесь оказалось даже больше, чем могло показаться с первого взгляда. В дальнем конце помещения была установлена небольшая сцена, вокруг которой и собрались гости. Императора там не было видно, зато стоял его сын, цесаревич Алексей. Старший брат Елены и следующий в списке на престол Российской Империи. В случае если не получится навести порядок в империи, находясь на должности советника, придётся подвинуть Алексея, а возможно и навсегда вычеркнуть из списка престолонаследников.

Цесаревич стоял на сцене под руку со светловолосой девушкой, которая улыбалась и махала всем рукой, словно была рада видеть этих людей, в чём я сильно сомневаюсь. Аристократическое общество — это место, где тебе в любой момент могут подставить подножку и ещё толкнуть в спину. Пусть я знаю это лишь со слов наставницы, но поверить в это очень легко. Достаточно просто открыть учебник истории за любой класс.