Книга Хранитель рода государева, страница 29 – Алексей Валерьевич Шмаков

Из раздумий меня вывел ехидный голос моей суженной, помолвка с которой накрылась медным тазом. Но совершенно точно, что мы оба не переживали по этому поводу.

Как я уже говорил, любви между нами не было. Так, целовались несколько раз, но на этом всё и закончилось. К Насте я относился, практически так же, как и к Оле, чем эта зараза и пользовалась без зазрения совести.

— И где же был мой верный охранитель? Почему он не пришёл спасать меня от нападения предателей? — произнесла стоящая в дверях своей комнаты Настя.

Одета она была во всё в то же синее вечернее платье, в котором я выбрасывал её за окно, спасая от дяди Димы.

Правда, если в тот раз она ещё была не до конца готова, то сейчас стояла при полном параде. Вот только глаза как-то нездорово блестели, словно Настя собирается вот-вот разрыдаться.

Чёрные, блестящие волосы были собраны в замысловатую причёску. Идеальный макияж, подчёркивающий и без того прекрасное лицо. Небольшой кулон, на тонкой цепочке, устроившийся в ложбинке, между упругой грудью минимум третьего размера. Уж чего не знаю, того не знаю. Да и на глаз определять это у меня совершенно точно не получается.

Да будь она сейчас голая, я бы не смог сказать, какой у неё размер груди. Одно дело пялится на обнажённые прелести в интернете и совсем другое видеть вживую.

На тонких запястьях Насти висели два браслета, явно из одного гарнитура с цепочкой и кулоном. В каждый браслет было инкрустировано по крупному прозрачному камню.

Так, стоп! Вроде во время третьей попытки спасти Настю, камень в браслете был красным. Хотя, скорее всего, мне это просто показалось. Стресс, страх за её жизнь и ещё куча факторов, повлияли на моё восприятие.

На ногах княжны красовались остроносые красные туфли на огромной шпильке.

Так-то я был выше Насти, но благодаря шпилькам она полностью нивелировала эту разницу. Может она даже была немного выше. Но я точно не комплексовал по этому поводу.

— Как раз этим я и занимался, когда убил предателя — Голицына, направлявшегося в твою комнату. — сказал я, наблюдая за моментально меняющимся лицом Насти.

В следующую секунду мне пришлось уворачиваться от, казалось бы, хрупкого кулачка этого ангела во плоти. Вот только этот кулачок принадлежал физику и пропусти я удар, вполне возможно, валялся бы сейчас с переломанными костями в другом конце коридора.

Вот же потянул меня чёрт за язык, сказать ей о Голицыне. Она же знает его с самого рождения и считала едва ли не своим вторым отцом. А тут я заявил, что убил его своими руками. Как-то совершенно не подумал о последствиях. Похоже, до этого момента Настя не знала, кто убил дядю Диму.

Хорошо, что императрица намного более продуманные меня в этом плане. Следующий удар Насти, от которого я наверняка бы не смог увернуться, она приняла на блок и уже через мгновение, скрутила дочь, заломав ей руку.

— Серёжа спас тебе жизнь! — строго произнесла императрица.

— Я не верю, что дядя Дима мог причинить мне вред! — сквозь зубы произнесла Настя, стараясь изо всех сил не показывать нам, как ей больно.

А в том, что ей сейчас очень больно я не сомневался. Приходилось мне несколько раз спаринговаться с императрицей, когда бывал у них в гостях. Так я каждый раз возвращался оттуда избитый, словно не умел драться совсем.