Книга Хранитель рода государева 4, страница 42 – Алексей Валерьевич Шмаков

К моему облегчению Дмитрий был жив. И даже открыл глаза, после того как словил от меня пощёчину.

— Пить. — проскрежетал он, совершенно другим голосом, кардинально отличающимся от того, которым разговаривал с нами Высший кукловод.

Это получается, что Полиграфу каким-то непостижимым для меня образом удалось вытащить сознание прежнего владельца тела? Вот только для чего?

Узнал я об этом только после того, как в себя пришёл Полиграф, а случилось это перед самым приездом Сауле.

— Я смог отделить сознание первоначального владельца тела и помог ему вновь захватить контроль. Эту технику предложил один из моих ребят, поэтому я действовал на свой страх и риск. Но как видите, всё получилось. — сказал Полиграф.

— И что это нам даст?

— Это позволит Сауле не тратить силы на поиски необходимого. Ей не придётся перелопачивать горы ненужной информации и воспоминаний в поисках необходимого. Пообщавшись с ней на базе, я узнал, что именно это столь сильно и замедляет сам процесс её работы. А ещё эта разработка позволит спасать разум владеющих, захваченных кукловодом. Вот правда, боюсь, что я смогу выдержать ещё пару подобных техник, и всё. — развёл руками Полиграф, признаваясь в своей слабости.

— Кто-то ещё, кроме тебя, способен выполнить эту технику? — спросил Воевода.

Полиграф лишь пожал плечами, попросив дать ему немного времени на восстановление. Обсудим мы эту технику позже.

Пришедшая Сауле полностью подтвердила слова Полиграфа.

— Если всё действительно обстоит таким образом, то я думаю, что смогу найти интересующую вас информацию достаточно быстро. Правда, при условии, что она вообще имеется в разуме этого человека. — сказала Сауле, перед тем, как приступить к работе.

На этот раз мы оставили девушку под охраной дружинников Шуйских и её сестёр. Когда она работала с разумом человека, одно это гарантировало его полную отключку. Но подстраховаться всё же стоило.

Теперь нам оставалось только ждать.

Вече начнётся через два дня и продлится неделю. Я, конечно, сильно сомневаюсь, что нам удастся поймать кукловода к этому времени, но всё же надежда на это есть.

— Докладывай. — сказал я, когда Васильев поднял трубку.

Необходимо было проверить слова кукловода. Всё же он заявил, что благодаря моим людям полностью закрылся вопрос по одарённым в его армии марионеток. Насколько я помню, всего в распоряжении Васильева было больше пяти десятков одарённых, собранных едва ли не со всей Сибири. Это если не считать людей Полиграфа и Воеводы. А такое количество одарённых уже само по себе было очень серьёзной силой. Даже если никто из них не хватал звёзд с неба.

Васильев меня не обрадовал. Он только недавно начал получать сообщения о пропаже людей. И пропадали исключительно одарённые. К тому моменту, когда он получил первый подобный доклад и распорядился никого не выпускать из части. Её тем или иным способом уже покинуло практически две трети всех одарённых.

После запрета на выход территорию базы пытались покинуть ещё четверо одарённых. Все они тут же были взяты под стражу, закованы в подавители и помещены под арест.

Разбираться с ними предстояло мне. Сам Васильев посчитал, что у него нет на это права. Как и на то, чтобы считать людей, многих из которых он знал лично, марионетками нашего врага.