Книга Хранитель рода государева 5, страница 42 – Алексей Валерьевич Шмаков

— Я не помню. Я на них даже внимание не обращала. Нужно спросит об этом Воеводу. Рудольф Валентинович, пригласите к нам Суворова.

Воевода пришёл через несколько минут и подтвердил, что был там такой мужик. Причём один из самых активных. Это именно он ухватил меня за руку.

— Он ещё выкрикивал что-то типа, вы за мной ещё сами бегать будете. Завтра же прибежите. Ну я ему и отвесил пинка посильнее, чтобы он сам пробежался. А до этого мои ребята его неплохо помяли.

— Вот же гнида усатая! — выругался дедушка, что на моей памяти было впервые.

— Зовут его Максим Иванов. Простолюдин. И он был прав, чтобы вернуть Серёжу в норму, он нам необходим. Против его проклятья не поможет ни дар целителя, ни современные медикаменты.

— Разве проклятья — это не сказки? — удивился Воевода и я был с ним полностью согласен.

Даже открыл один глаз, чтобы все видели, насколько я серьёзно настроен. Говорить не было сил, начало ужасно болеть горло.

— Сказка, конечно. Но подобное название больше всего подходит к дару Иванова. На что-то действительно тяжёлое он неспособен, а вот так заставить похандрить недельку, другую запросто.

Какую ещё недельку другую?

Нет у меня сейчас времени, чтобы столько валяться. Тем более столь отвратное самочувствие надоедает очень быстро.

— Считайте, что он уже у вас. — сказал Воевода и исчез.

— Пару часов у нас точно есть, так что давай всё же попробуем вылечить тебя своими силами. — сказала бабушка и положила руки мне на голову. Поверх её рук легли руки деда, дяди, Наташи и Риммы.

Пару мгновений ничего не происходило, а затем я почувствовал, как в меня начало проникать нечто прохладное. Но оно не могло преодолеть барьера, воздвигнутого тьмой. Причём барьер этот был воздвигнут вокруг чего-то очень важного. Но важного не для меня и не для тьмы. Чего-то, что и доставляло мне все эти неудобства.

— Не получается. — сказал дедушка. — Этот гад Иванов всегда так поступает с теми, кто отказывается отвечать на его вопросы. Мы уже сталкивались с такими случаями. Правда, там наши силы просто не работали, а тут поначалу у нас вроде идёт всё нормально, а перед самим очагом заразы, натыкаемся на непреодолимый барьер.

— Позовите Дениса, он поможет справиться с этим барьером. — прохрипел я, отдав для этого все оставшиеся силы.

Словно кто-то включил мощный пылесос и начал стремительно их высасывать. Подобную усталость и слабость я не чувствую, даже после опустошения.

После того как вернусь в норму, придумаю этому журналисту кару библейского масштаба. Можно считать, что он совершил покушение на мою жизнь. А это уже тянет, если не на смертную казнь, то на заключение в подавитель и отправку, в места не столь отдалённые. Сроком на хрен знает сколько лет.

Но это всё будет потом. Как только станет лучше. Сейчас даже думать больно и нет никаких сил.

Денис пришёл через несколько минут, тут же начав подпитку тьмы внутри меня. От этого зашита стала ещё сильнее.

Пришлось прилагать неимоверные усилия, чтобы остановить Дениса. И кое-как объяснить ему, что он делает только хуже.

Чернышёв тут же прекратил подпитку и начал внимательно изучать моё состояние. В этом ему помог крохотный кусочек тьмы, что он не позволял поглощать моей силе.

— Мне кажется, что сила не защищает что-то от вторжения снаружи. Она, наоборот, пытается не выпустить это что-то, удерживая его в коконе, созданном из собственной силы. Если ты хочешь, я могу попробовать его разрушить. Думаю, это вполне возможно сделать.