Книга Четвертый всадник, страница 118 – Алексей Валерьевич Шмаков

В этот момент Сёма задрал голову и протяжно завыл. Его моментально поддержали другие порождения магии, создавая невероятную какофонию звуков, уничтожая крадущую магию защиту и создавая для каждого гостя свой небольшой артефакт.

В небе над нами начал разрываться магический салют.

— Рано ещё! — возмутилась Ленка.

Но гораздо важнее было то, что Алёна взяла меня за руку и начала поднимать, продолжая смотреть в глаза.

— Мой муж никогда и ни перед кем не должен вставать на колени. Да, я согласна стать Алёной Медведевой.

Чувства переполняли меня. Кольцо оказалось на безымянном пальце Алёны и взорвалось ярчайшей вспышкой, затопив своим свечением всех, кто сегодня пришёл на двойную свадьбу наших друзей.

Наша жизнь только начинается, и мы точно не позволим никому и ничему помешать нам быть счастливыми.

А с тем, что все предыдущие жизни обрывались очень рано, мы обязательно разберёмся. Теперь даже сама судьба не сможет удержать нас.

* * *

— Ты тоже? — спросил меня хмурый Гришка, лицо которого было испачкано во что-то невероятно яркое и разноцветное.

Впрочем, моё лицо сейчас выглядело не многим лучше. Разве что я попробовал уже это всё смыть. Естественно, безрезультатно. Магические краски обычной водой смыть нереально. Здесь нужно знать их состав, чтобы подобрать контрзаклинание.

— Меня, когда открывал дверь в туалет.

— А меня, когда выходил из туалета.

— Получается, что они охотятся исключительно в районе уборных, и это наш шанс, — сказал я и двинулся в нужную сторону, но Гришка остановил меня, придержав за плечо.

— Давай не будем торопиться. Позволим и остальным на себе ощутить шутки этих сорванцов. Я им даже немного помогу и скрою от чужих взглядов. Даже магией их не получится найти.

Я лишь пожал плечами. Раз Гришка хочет, чтобы досталось всем, то почему бы и нет? Не всё же нам одним страдать.

Минут через десять к нам присоединился Шурик. А в течение получаса собралась вся шестёрка. Последней попалась Ленка, и её крики огласили всё поместье.

Поместье Багратионов, в котором мы сегодня собрались, чтобы отметить сразу две золотые свадьбы и одно предложение.

У нас золотая свадьба будет только в следующем году. Через три месяца после дня рождения нашего первенца, которому скоро уже стукнет пятьдесят. И я зуб даю, что именно его сын стоит во главе шайки малолетних шутников, которые устроили нам карнавал красок. Исключительно на лицах и исключительно старикам.

— Раз все теперь в сборе, то предлагаю показать этим малолеткам, что они связались не с теми людьми, — сказала Мира, едва сдерживаясь от того, чтобы рассмеяться.

Уж очень комично выглядела Ленка, готовая взорваться от ярости.

— Они даже не понимают, как сильно влипли, — буквально прорычала рыжая. — У каждого на заднице будет постоянно вырастать молодая крапива, а любая одежда будет колоться.

— Не получится, — покачал головой Гришка. — И Ульяна, и Варвара с Денисом легко разбираются с твоими заклинаниями. Тут нужно действовать куда тоньше. Предлагаю сделать так, чтобы в школу они пошли не менее красочными, чем мы.

— Только без всяких красок. Исключительно магия. Так они точно долго не смогут отмыться и будут вынуждены просить у нас пощады, — улыбнулся я, уже разработав план.

— Ты же знаешь, что я бесхребетная бабушка и смогу так поступить с Алёшей, — глядя на меня, сказала Алёна.

— Ты и не сможешь ему помочь. Всё продумано, — ответил я и сделал шаг в сторону.

Ладошка Алёны пролетела мимо.

— Голосуем, — чтобы не разводить политесов, сказала Мира, и через минуту практически единогласным решением было принято моё предложение.

Осталось только поймать шутников и привести казнь в исполнение. И, что не мало важно, не попасться их родителям.

Если бы Каспер сейчас был рядом, он бы одобрил. Наставники исчезли, когда у нас родились первенцы. Как ни странно, в один день. С тех пор началась новая, но ничуть не менее интересная жизнь.

И вот спустя полвека мы собрались вместе с детьми и внуками, чтобы отметить это великое достижение и показать всему миру, что Великолепная Четвёрка ещё на коне.

Запустить наше величайшее заклинание, которое готовилось почти сорок лет.

Если кому и суждено переплюнуть нас, то это станут сорванцы, осмелившиеся бросить нам вызов.

— Что же, эта битва будет легендарной! — сказал я, обводя взглядом тех, кто всё это время был рядом.

Всегда приходил на помощь и никогда не отворачивался.

Тех, с кем я всегда чувствовал себя тем ребёнком, который, несмотря на все преграды, шёл следом за манящим запахом выпечки.

Тех, чьё присутствие позволяло вернуться в детство.

Конец.