Книга Девятый. Книга 3, страница 39 – Алексей Валерьевич Шмаков

Залечить раны Зверя было несложно, а вот с Бастионом придётся повозиться. Для начала соединил все порванные вены и сосуды даром, после чего начал насильно перекачивать кровь. В это же время я занимался ранами Зверя. Но здесь мне сильно помогала чудовищная регенерация Шуйских. От меня потребовалось лишь закрыть самые сильные повреждения, а дальше тело Влалимира Дмитриевича справится самостоятельно. Главное, что он будет жить.

Как только я это сделал, совершенно не стесняясь оттолкнул Шуйского, предварительно забрав у него ещё живое сердце Романова. Правда, немного не рассчитал с силой и Владимир Дмитриевич отправился в недолгий полёт. Его поймал Николай Анатольевич. После этого в мою сторону со всех сторон полетели оскорбления, но мне было на них плевать.

Вырванное сердце оказалось в груди Бастиона и дальше в дело пошёл мой дар. Было невероятно сложно вернуть вырванный орган на место, продолжая выступать в роли кровяного насоса, а потом ещё и перекинуть эту функцию обратно на восстановленный орган. Ну а дальше я принялся за исцеление остальных повреждений. Бастион не мог похвастаться такой регенерацией как Шуйский. Его исцеление необходимо было довести до конца.

Не знаю, сколько времени я провозился, но когда закончил, мой пациент смог самостоятельно подняться и слегка пошатываясь куда-то пойти. Сам я в этот момент был не в состоянии повторить подобный подвиг. Тело отказывалось повиноваться. Ему нужен был небольшой отдых. Удержание Яны, Андрея и Максимам отняло у меня слишком много сил. Поэтому помощь Зверю и Бастиону далась нереально трудно. Но главное, что я справился.

Между тем зрители недоумённо начали переговариваться. А когда поняли, что произошло, разразились радостными криками. Что вызвало такую реакцию с их стороны, я не видел. Я мог только крутить головой по сторонам, окружённый каменными обломками. Обзор был крайне ограничен и что происходит на арене, я не знал.

Между тем зрители продолжали ликовать. Через несколько секунд и я узнал, что послужило причиной для их радости. Поддерживая друг друга, ко мне направлялись дуэлянты. Выглядели они отвратительно, особенно Владимир Дмитриевич, в груди которого зияло несколько сквозных отверстий. Но судя по тому, как двигался Зверь, чувствовал он себя явно лучше Бастиона.

Но эта парочка не успела дойти до меня. Гораздо раньше весь окружающий меня камень просто испарился, открывая совершенно чистую арену и стоявшего неподалёку императора. Это именно его сила убрала с арены все обломки. Рядом с императором стояли Велена и Нисса. Последняя тут же бросилась ко мне, отталкивая Зверя и Бастиона. Отчего те едва не упали, с трудом удержавшись на ногах.

Интересно, это было так запланировано, или чистая импровизация со стороны Ниссы? Если последнее, то она прирождённая актриса. Даже у меня защемило в груди, когда она, со слезами на глазах бросилась мне на шею и начала что-то лепетать, покрывая лицо поцелуями и проверяя всё ли со мной в порядке.

Это послужило спусковым крючком и с трибун всё чаще начали доноситься вопросы о том, кто я такой и как мне удалось спасти Зверя и Бастиона. Но ещё больше вопросов появилось, когда два внеранговых одарённых опустились передо мной на колени и начали благодарить за спасение.