Книга Небесный кузнец: хентай, сэмпай, турнир и Тай, страница 2 – Алексей Валерьевич Шмаков

Перед этим он несколько раз вымыл лицо с мылом, но ему всё равно казалось, что слюна этой твари до сих пор оставалась на нём. Сразу после того, как он закончит здесь нужно будет отправляться в ближайший онсэн, только там он сможет полностью очиститься от всей грязи, что постоянно окружает его.

Лицо последнего пленника было бледным от страха, после всего увиденного сегодня.

— Назови имя и я убью тебя быстро. — сказал Масаши, на этот раз решив не надевать дождевик, в любом случае он уже был слишком запачкан.

Достав кисэру^[1], Масаши поджег ароматный табак и сделал глубокую затяжку, выпуская едкий дым в лицо перепуганному пленнику. Сейчас Масаши необходимо было хоть немного успокоиться, а табак привезённый его отцом из Голландии отлично с этим справлялись. Помимо этого, запах табака отлично заглушал вонь крови, пропитавшей всё помещение, которая с каждой новой смертью только усиливалась.

Сделав ещё пару затяжек, он решил, что и этот упрямый баран будет молчать до последнего и уже положил подушечку среднего пальца на подушечку большого, готовясь к щелчку.

— К-к-киото. Кейко Дзис-с-суро. — заикаясь от страха, произнёс пленник.

— Киото. Кейко Дзисуро. — повторил Масаши, поднимаясь со своего стула.

Отойдя на достаточно большое расстояние он, даже не оборачиваясь щёлкнул пальцами.

— А теперь в ближайший онсэн. Чувствую себя, словно окунулся в дерьмо! — с отвращением произнёс Масаши.

А после онсэна сразу в Киото. В том, что мужчина не соврал Масаши был уверен, он ещё в детстве научился распознавать ложь. Когда при нём врали, его начинала бить дрожь, сейчас же этого не произошло.

Ещё совсем немного и Япония освободится от гнёта императора согласившегося участвовать в мировой войне. Страна наконец будет принадлежать всем живущим в ней людям, а не горстке избранных, неизвестно кем наделённых властью.

— Хиро, ты посмотри, какой красавец. — прыгая словно маленький ребёнок, восхищался новейшим кораблём императорского флота, Сато. — Ты видишь, какие у него огромные пушки, установлены на носу. А посмотри сколько орудий по бокам. Да это вообще с ума сойти. Не зря Ямато сильнейший корабль в мире.

— Ты меня сюда для чего притащил? Чтобы скакать и восторгаться кораблём, или его рисовать?

Я совершенно не разделял восторга Сато. Корабли, самолёты, пушки, пистолеты — это всё мне совершенно было безразлично. Даже в какой-то степени я презирал современное оружие, которое одним своим выстрелом может забрать жизни сразу нескольких человек, а укрыться от него практически невозможно. Правда, если ты являешься владеющим, даже не очень сильным, хватит и третьего ранга, чтобы защититься от большинства современного оружия.

Ну а от выстрела такого монстра, как линкор Ямато защититься сможет разве что нулевик и то я сильно сомневаюсь в этом. Выстрел из его главного орудия наверняка сможет разрушить целый дом.

— Конечно, рисовать! Ты посмотри на него. Он просто восхитителен!

Очередные прыжки и восторженные крики. Как же порой тяжело бывает с Сато. Парню вроде уже шестнадцать лет, в этом году заканчивает среднюю школу, а порой кажется, что он ещё совсем маленький ребёнок, который впервые пришёл на воскресную ярмарку и увидел фокусника. Но в этом был весь Сато.

Честно, говоря я дико завидую подобной непосредственности. В отличие от него я не умею выражать свои эмоции столь же бурно. Но мне это и не нужно. Единственные, кто видят меня настоящим, полностью открытым и обнажённым, это мои рисунки. Многие, кто видел их говорят, что они очень эмоциональны. Будь это, пейзаж, натюрморт или портрет. Да я банально в простую линию вкладываю больше чувств и эмоций, чем показываю всем остальным.