Книга Второй шанс для Лекаря. Том 1, страница 65 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Во дворе, у старой раскидистой липы, на земле лежал Николенька, младший из Бутурлинских мальчишек. Над ним хлопотала перепуганная дворовая баба, причитала и зачем-то брызгала на него водой. Я мягко отстранил её одним движением и опустился на колени рядом с ребёнком.

Старые навыки живо подавили во мне всё прочее: жалость, спешку и прочие мысли. Остался только отлаженный алгоритм работы.

Мальчик лежал в беспамятстве, но дышал, и дыхание его было ровным. Это я отметил первым прежде всего иного, потому что ровное дыхание уже значительно снижало риск наличия тяжёлых повреждений.

Я провёл быстрый, но внимательный осмотр.

Взглянул на голову. Осторожно ощупал затылок, темя и виски. Ни вмятины, ни крови, ни шишки. Заглянул в нос и уши, нет ли там сукровицы, что выдала бы трещину в черепе. Чисто. Приподнял пальцами веки, поглядел на зрачок. Зрачки были ровные, одинаковые, и оба сужались, когда на них падал свет. Голова не пострадала. Мальчишка не приложился о землю темечком. Скорее всего, упал на бок.

И это — очень хорошая новость. По крайней мере, самого страшного не случилось.

— Николенька, — позвал я негромко и похлопал его по щеке. — Николай Петрович. Открывай глаза.

Веки его дрогнули. Он застонал, поморщился и открыл глаза. Казалось, будто он просто спал, а я его разбудил и теперь мальчик спросонья ничего понять не может.

На деле оно примерно так и было. Это обычный обморок. Причём пустяковый. Такой часто бывает у детей из-за испуга или резкой боли. Увечье тут ни при чём. Сорвался, ушибся, испугался до темноты в глазах и обмер. Для ребёнка это нормально, а вот родителей порой такие состояния очень сильно пугают.

— Где… — пролепетал он и тут же сморщился от боли, схватившись за руку. — Ой! Рука!

Ага. А вот и настоящая беда. Правда, и эта беда невеликая.

Левую руку он держал неловко, прижав к себе. И я чётко видел, что в локте она сидит не так, как надо. Я бережно взял и ощупал его предплечье. Кости целы, перелома нет. А вот сустав в локотке выскочил, головка кости соскользнула со своего места. Обычное дело при падении, когда ребёнок инстинктивно выставляет руку или когда за неё кто-то дёргает. Вправляется такой вывих в один приём и, если знать дело, почти безболезненно.

И до чего же всё-таки хорошо, что у мальчишки именно такая травма, а не что похуже. Я ведь не так давно вправлял плечо здоровенному грузчику, и та работа была из тяжёлых. Труд там пришлось приложить зверский.

У грузчика было вывихнуто плечо, а у Николеньки локоть. Это совершенно разные вещи. Плечо держат могучие мышцы, рядом проходят крупные жилы да нервные стволы, и, чтоб поставить головку кости на место, нужна сила, сноровка и крепкие руки, а бедняга при этом орёт в голос, хоть ты тресни.

А тут совсем иное дело. Детский локоток, выскочивший от неловкого рывка, ставится на место мизинцем, одним коротким движением. У лекарей моего века для такой пустяковой беды и название было особое: «Нянькин локоть».

Потому что чаще всего случалась эта травма, когда нянька резко дёргала упрямое дитя за руку. Никакой натуги, никакой силы. А значит, и боли я Николеньке почти не причиню, надо лишь сделать всё быстро и не дать ему испугаться.

— Не реви, герой, — сказал я ему ласково. — Всё у тебя в порядке с рукой. Немного в суставе не туда повернулась. Я её мигом на место поставлю. Гляди-ка лучше вон на брата своего. Смотри, как ты его перепугал.