Книга Охота на «Черный аист», страница 72 – Артём Март

Познакомились мы с ним, в моей прошлой жизни, в восемьдесят первом году, но в декабре, а не весной, как сейчас.

Тогда я проходил срочную службу в ВДВ.

Пятьдесят шестая в то время стояла у города Гердез и оттуда вела боевые действия на всей территории Афганистана. Тогда мы уже готовились к штурму перевала Саланг, чтобы взять под контроль одну из главных транспортных артерий Афгана и обеспечить дальнейшее продвижение советских войск.

Группа, в которой приехал Вадим, прибыла к нам на базу.

Поначалу мы тоже не поняли, кто же эти ребята в гражданском. А картина была занятная: везде десантники ходят, а тут на тебе, приехали какие-то мужики в джинсах, свитерах да куртках.

Только потом я узнал, что это были парни из «Каскада».

Насколько я понимал, группа спецназа «Каскад» прибыла к нам с оперативными целями. Их главной задачей в то время была оперативная работа по пресечению любых попыток диверсий на пути следования советских войск через Саланг.

Тогда планировалось, что преимущественная часть снабжения ограниченного контингента Советских войск в Афганистане будет питаться через Саланг. Недопустимо было, чтобы враг предпринял хоть какие-то поползновения в сторону советских колонн. Своевременным выявлением этих злоумышленников и занимался тогда Вадим в составе своей группы.

Да только… Не прошло и трех месяцев после его прибытия к нам, как Малинин погиб при выполнении своего долга.

За это время, до его смерти, мы неплохо с ним сдружились. Он тогда был уже ефрейтором и исполнял в команде обязанности радиста.

Я был в то время еще зеленым рядовым.

Так вышло, что не один пуд соли пришлось нам съесть на двоих. Ни в одном боестолкновении вместе поучаствовать. Да только я пережил Афган, а Вадик нет.

Тогда рассказывал он мне, что получил серьезное ранение весной восемьдесят первого. Что пришлось ему быстро восстанавливаться, чтобы встать в строй. При каких именно обстоятельствах Вадима ранили, он не упоминал. На все вопросы отвечал уклончиво.

Как говорили потом его тогдашние сослуживцы из «Каскада», восстановился он не до конца. А в бой постоянно ходил. Долг, как никак.

Пуля, что получил он весной восемьдесят первого, сыграла для Вадима роковую роль. Не убила его весной, но поспособствовала тому, что погиб он гораздо позже, в декабре. Старая рана подвела в самый ответственный момент.

Только сейчас я стал понимать, что, скорее всего, ранили его при выполнении какой-то боевой задаче на границе, здесь, на Шамабаде.

Скорее всего, связана эта задача была с Черными аистами. А еще, как подсказывала мне интуиция, с пропажей советского разведчика.

«Неужели, то, что случилось с Вадимом на Шамабаде, в дальнейшем повлекло его смерть?» — Думалось мне сейчас.

Из размышлений меня вырвал голос Вити Мартынова:

— Саш?

Я проморгался, разгоняя мысли, в которые ушел прямо-таки с головой. Заметил, что почти не притронулся к борщу, а только в очередной раз перемешал его ложкой.

— Что? — Спросил я, словно бы проснувшись ото сна.

— Ты че это? Нас не слушал, что ли? — Улыбнулся Малюга.

— Да думал, небось, о своей девчонке-геологичке, — рассмеялся Семипалов.

— Что такое? — Спросил я у Мартынова.

Старший сержант уставился на меня несколько удивленно.

— Я говорю, а ты что думаешь по всему этому поводу? Кто к нам на Шамабад приехал? Мысли есть?