Книга Шпионские игры, страница 66 – Артём Март

Это слово, будто пощёчина, заставило Шера вздрогнуть. И без перевода было ясно — Нафтали прилюдно оскорбил молодого душмана.

Шер вдруг посерьёзнел. Взгляд молодого духа стал решительным. Черты лица ожесточились. Словно бы обострились.

Он повернулся к безбородому. Что-то приказал ему. Душман со шрамом стянул с плеч вещмешок. Принялся что-то искать в нём.

Нафтали грубо прервал их. И Шер, и «Аист» с обожжённым лицом замерли. Уставились на Нафтали.

Тот хрипло и прерывисто заговорил. Видно было, что командир «Чохатлора» теряет силы от ран. Что стоять ему всё сложнее. Но он держался, стараясь не показывать слабости.

— Требует, чтобы он поклялся не на своём Коране, — быстро и тихо перевёл Наливкин.

— Абдула! — крикнул Нафтали своему гиганту-подчинённому.

Гигант засуетился. Выкрикнул несколько приказов, и кто-то из «Аистов» передал ему книгу — чёрный, украшенный арабской вязью том Корана.

Гигант подошёл к Шеру. Протянул ему книгу. Молодой душман несколько мгновений помедлил, но всё же взял её из больших рук духа, названного Абдулой.

Потом, нерешительно глянув на Нафтали, крепко вцепившись в книгу обеими руками, он направился к нам.

* * *

Всё тело Нафтали болело. Сильно ныла рука, сломанная Шайтаном.

Несмотря на боль, Нафтали не показывал слабости Шеру.

«Он трясётся. Боится меня, — думал Нафтали, пока молодой моджахед шёл к нему, держа в руках Священный Коран. — Значит, Шайтан был прав. Шер задумал предательство».

Нафтали не удивило это обстоятельство. Он всегда тщательно следил за Шером. Осаживал заносчивого юнца, когда тот пытался выпячивать при остальных «Аистах» свою гордыню.

Удивило его другое.

«У Шайтана, у этого неверного шурави, больше чести, чем у многих моих моджахеддин», — подумал Нафтали.

Шер приблизился. Заглянул было в глаза командира «Чохатлора», но тут же опустил взгляд, делая вид, что рассматривает искусно изукрашенную обложку священной книги.

— Значит, душа моя ещё не отправилась к Аллаху, а ты уже назвал себя новым вождём, ведь так, Шер? — прохрипел Нафтали низким утробным голосом.

— Я уже отвечал тебе на этот вопрос, господин. Я был вынужден. И потом, мы делили бремя лидерства с Абдулой. Мне не понятны твои обвинения и оскорбления. Я…

— Молчи, мальчишка, — прервал его Нафтали.

Потом Нафтали глянул на своего приближённого Абдулу поверх плеча Шера. На лице огромного моджахеда застыло недоумение. В маленьких глазах, чей взгляд был направлен на Нафтали, читался немой вопрос. Нафтали знал, какой.

Шер покосился на большую собаку, сидевшую у ног шурави. Того самого шурави, что смел разговаривать таким дерзким образом.

Молодой моджахед узнал его сразу. Бросил ему взгляд. Глаза шурави оставались спокойными и холодными. Молодое лицо было бесстрастным и казалось высеченным из камня.

— Ты поклянёшься передо мной, — сказал Нафтали. — Поклянёшься по-настоящему. Не той предательской клятвой, которой ты пытался обмануть шурави, но истинной клятвой перед лицом всех «Чёрных Аистов» и самого Аллаха.

Шер молчал, мялся на ногах. Нафтали видел, как его пальцы, сжимающие Священный Коран, белеют от напряжения.

— Поклянёшься, что, вызволяя меня из плена, берёшь ответственность за мою жизнь, — продолжил Нафтали, когда Шер не решился ничего ответить. — Если я умру — это будет твоя вина.