Книга Шпионские игры, страница 85 – Артём Март

— Саша, — продолжил Шарипов, — твои действия подпадают под двести шестидесятую статью УК РСФСР — «убийство в условиях военного времени». Это трибунал…

Шарипов осекся. Опустил взгляд. Никто, в том числе и я, не спешил говорить особисту хоть слово. Я только смотрел на Шарипова холодным взглядом. Смотрел и видел его сомнения.

— Трибунал для тебя и для всех нас, — закончил Шарипов.

— Он убил не пленного, — возразил Наливкин, — а бандита.

— Сверху никто разбираться не будет, — усталым голосом проговорил Таран. — Кто-то, кроме вас двоих, видел, как Селихов убивал Нафтали?

— Все в моей группе знают, — сказал Наливкин, — но они солидарны с Сашей. И считают — он поступил правильно. А значит, будут молчать.

— Пакистанский шпион знает, — напомнил Шарипов. — Когда мы возвращались на Шамабад, он отпустил по этому поводу пару очень язвительных комментариев.

— Хреново… — снова вздохнул Таран. — Если…

— Я не стану никого подводить, — перебил я его холодно. — Если сомневаетесь, если вас пугает подлог в документах, напишите, что я убил Нафтали по собственной инициативе. Что вы просто не успели меня остановить. Когда я занёс над ним нож, я понимал всю ответственность. Понимал, что меня может ждать. Но иначе поступить не мог. Я готов прямо сейчас отправиться под стражу, если потребуется.

Таран с Наливкиным угрюмо переглянулись. Шарипов молчал, уставившись на нож, принадлежавший когда-то командиру «Чохатлора».

Потом особист вдруг потянулся к нему. Взял со стола. Несколько мгновений покрутил в руках. И внезапно протянул его мне.

— Возьми, Саша. Не было никакого ножа. И Нафтали ты не добивал. Он погиб в перестрелке. А значит — этой вещи не существует. Это не вещдок, а лишь трофей. Всё.

Я молча коснулся рукояти ножа, но Шарипов сразу не отпустил, сказал:

— Капитан Наливкин прав. Если б не ты, мы бы тут все, очень может быть, не сидели бы. А Искандаров либо погиб бы, либо попался «Аистам», — особист замолчал, не отрывая от меня взгляда. А потом добавил: — Моя главная обязанность — следить за исполнением устава и исполнением советских законов военнослужащими. Но знаешь, что я тебе скажу? Не каждый хороший поступок — уставной.

Не ответив, я кивнул.

— А как объяснить это? — Таран взял со стола фотоаппарат «Зенит».

С помощью него бойцы «Каскада» фотографировали трупы сразу после боя.

На плёнке были запечатлены тела Нафтали и Шера.

Кроме этого, Шарипов лично изымал с тел погибших командиров «Аистов» наиболее ценные, по его мнению, документы. Всё это полагалось приложить к отчёту Наливкина.

Наливкин же, в свою очередь, выборочно изъял несколько трофеев, среди которых оказалась копия автомата Калашникова китайского производства.

— Как только плёнку проявят, на теле главаря «Аистов» могут заметить колотую рану, — сказал Таран. — Тогда возникнут вопросы. Ведь в отчёте написано — погиб в перестрелке.

Все задумались.

— Душманы часто добивают своих, — сказал я. — Кроме того, в отчёте отражено, что в отряде «Чохатлора» был раскол.

— Верно, — подумав пару мгновений, кивнул Шарипов. — Это звучит правдоподобно.

— Так, — Наливкин почесал щетинистую щеку. — Раз уж так мы порешили, то я подправлю в отчёте пару деталей.

Таран вопросительно уставился на Наливкина. Приподнял бровь.

— Незначительных, — улыбнулся «каскадовец». — Так. На всякий случай. Что б уж совсем вопросов не возникло.