Книга Призраки Пянджа, страница 26 – Артём Март

Мартынов сдержанно улыбнулся и продолжил:

— Ну и повёл нас Расул к нему, к нарушителю этому. Мы его и взяли. Так что — Расул молодец. Единственное, вот что мне сказал: я вам его помог схватить, а вы, взамен, пришлите кого-нибудь, чтоб с этой бандой душманов разобраться, кто моей семье угрожает. А я ему — не боись, боец. Начальник заставы у нас умный. Придумает, как тебе помочь.

Я обернулся. Глянул на Расула, который молча шёл в середине цепочки. Вот он был похож на своего отца. Парень был молодым, однако возраст пастуха определить сложно. Слишком сильно горы и тяжёлые условия жизни старят людей. Ему одновременно можно было дать и тридцать лет, и тридцать пять, и сорок.

Как и у отца, у Расула было кругловатое, смуглое и плоское лицо с маленькими глазами. Он носил короткие чёрные волосы и короткую же редковатую бороду.

Одевался похожим образом, как и лазутчик — в чапан с шароварами, только на голове носил войлочную тюбетейку с заковыристым узором.

— А я тогда ещё спросил его, — вклинился Гамгадзе, слушавший наш разговор, — для чего тебе борода? Для чего морду сажей натёр? От кого маскируешься? А что ты мне сказал? А? Что сказал, Расул, генацвале?

— Чтоб за деда сойти, — протянул Расул немного мычащим, низковатым голосом. — Чтоб не узнали.

Пограничники кратко, но звонко и немного нервно рассмеялись.

— Кто не узнал? Козлы горные? — сквозь смех спросил Мартынов.

Внезапно развеселившиеся пограничники замолчали. Всё потому, что заговорил Надим Хусейн.

— Зубаир не умер. И вас так просто не оставит.

Мартынов даже остановил шаг. Я нахмурился, поправил ремень автомата на плече. Остальные парни тоже остановились. Алим натянул поводья, заставив Огонька застыть на месте.

— Он… — начал было лазутчик, но Мартынов прервал его.

— Че ещё за Зубаир? Ты че несёшь? Тебе что сказали, падла? — разозлился старший сержант. — Помалкивать тебе сказали! Вот что! Говорить будешь, когда спросят!

— Тихо ты, Витя, — осадил я старшего сержанта. — Он про снайпера.

— Саша! Да он же за одно с этой сукой снайперской!

— Пусть говорит. Тихо, — я положил руку на плечо обернувшемуся ко мне Мартынову.

— Наплетёт! — ответил тот.

— Витя, не надо.

Мартынов не выдержал моего пристального взгляда, отвел глаза.

— Ладно, шпиён недоделанный. Че ты сказать хотел? — обратился он к Хусейну.

Тот повернулся к нам, держа связанные руки низко опущенными. Смотрел он внимательно, и из-за очков казалось — совершенно не моргал.

— Он вас не оставит. Станет охотиться на вас. Убивать одного за другим, — монотонным, спокойным тоном проговорил лазутчик.

— А ты только и рад, да? — кивнул ему Мартынов задиристо.

— Нет, — Хусейн покачал головой. — Потому что первым он убьёт именно меня. Не допустит, чтобы вы доставили меня на заставу.

Я вышел вперёд Мартынова, заглянул ему в глаза.

— Поверю, — сказал я холодно. — У тебя, как я понял, предложение какое-то имеется?

— Имеется, — Хусейн кивнул.

— Я слушаю.

— Я знаю, как его остановить, молодой шурави. Знаю и помогу.

Мартынов смерлил взглядом Хусейна. Остальные пограничники и Расул не проронили ни слова.

Изумленные словами загадочного капитана, они просто нахмурившись уставились на него.

— И как же ты нам поможешь? — спросил я холодно.

Несмотря на то, что Хусейн действительно имел определенный мотив против своего товарища, я не доверял ему. Недоверял исключительно по причине моей природной подозрительности. Привычки во всем видеть подвох. Тем не менее, я решил выслушать этого человека. Как ни крути, а мне было любопытно, что же он хочет нам сказать.