Онлайн книга «Горючие вещества»
|
— Что конкретно вы хотите узнать? — Что они действительно видели и чего не видели. Камату допрошу лично. Двадцать минут спустя Кацура находился в магазине тысячи мелочей «Камата Сётэн». С приближением ночи торговая улица затихла и ставни магазина, который расположился в уголке, были уже опущены. Внутренняя часть первого и второй этаж магазина использовались как жилые помещения. Именно в гостинной на первом этаже Кацура сел напротив Каматы. Женщина – судя по всему, жена Каматы, – побледнела и поднялась наверх, не желая ничего слышать. Кацуру это устраивало. Камата выглядел гораздо старше, чем можно было ожидать в его пятьдесят семь лет. Полицейских тренируют определять возраст человека по лицу. Однако Кацура подумал, что, ничего о нем не зная, он не смог бы дать ему меньше шестидесяти лет. Камата, избегая взгляда инспектора, вяло промямлил: — Простите, даже чаю предложить не могу… Один из следователей доброжелательно улыбнулся. — Не беспокойтесь. Это мы должны извиниться за столь поздний визит. Просто нам хотелось бы еще раз расспросить об аварии, свидетелем которой вы стали, господин Камата. Тот посмотрел на настенные часы, словно ожидая от них спасения. — С 22:00 у меня начинается работа регулировщиком, поэтому слишком долго я с вами не смогу… — Это не займет много времени. — Но мне ведь уже нечего добавить. Сегодня утром я все рассказал. Я стоял на регулировке… а потом тот минивэн выехал на перекресток… — Какой сигнал тогда горел? Камата опустил голову и ответил напряженным голосом: — Красный. Детектив посмотрел на Кацуру. Он не знал, каким образом Камата давал показания сегодня утром. Но по тому, как он говорил сейчас, даже самый неопытный полицейский смог бы понять – этот человек лжет. Кацура спокойно спросил: — Это говорил продавец в магазине? Или вы? Лицо Каматы покраснело, взгляд забегал. Он начал тереть лицо, хотя оно совсем не вспотело, но при этом все же сказал: — Что вы такое говорите! Я как видел сам, так и говорю… — Да, я хочу, чтобы вы рассказали именно то, что видели сами. Это очень важно, господин Камата. — Я это ясно видел своими глазами. Взгляд Кацуры, способный смутить даже опытных преступников, был устремлен на Камату. — Нет, вы этого не видели. — Я был на месте происшествия. — Да. Но вы спали на ходу. Трем другим свидетелям в других районах города должны были сказать то же самое. Чтобы оплачивать счета, Камата днем занимался магазином и искал деньги, а ночью подрабатывал регулировщиком. Он не мог постоянно находиться в хорошей физической форме при таком режиме. Неудивительно, что как работник он пользовался дурной репутацией. Еще одна ошибка – и его бы заменили. А в этом случае никто не гарантировал ему возможность найти новую работу. В 3:00 Камата был измотан и задремал – и он не мог никому признаться в этом. Кога же с клеймом осужденного вынужден был переходить с одного места работы на другое. По протекции родственника он продолжал подрабатывать в круглосуточном магазине и посещать вечернюю школу, чтобы изменить свою жизнь, но менеджер, узнав о его судимости, только и ждал повода избавиться от него. График смен, который выпал Коге за последние сутки, выдался настолько изнурительным, что даже детективы содрогнулись. В 3:00 Кога был измотан и задремал – и он не мог никому признаться в этом. |