Книга Академия Дракхана. Любовь против тьмы, страница 34 – Людмила Черныш

— Что… что ты здесь делаешь? — выдохнула она, пытаясь унять дрожь в руках. — Как ты вошел?

Макс медленно убрал руки, но не отошел. Его аура заполняла комнату, подавляя и успокаивая одновременно, но Виолетту это только злило.

— Я почувствовал твой страх, — ответил он, и его голос постепенно возвращал себе привычную уверенную тональность. — Твоя паника была такой силы, что мои щиты начали трещать. Я думал, что тьма Виталиона прорвалась через защиту и добралась до тебя в реальности. Я пришел защитить тебя.

Он пристально всматривался в ее бледное лицо, словно искал следы магического вмешательства.

— Это был просто кошмар, — Виолетта постаралась придать голосу твердость, хотя ее все еще потряхивало. — Просто сон. Уходи. Немедленно.

Макс нахмурился, его губы сжались в тонкую линию. Было видно, что он не хочет оставлять ее в таком состоянии. Что внутри него борется желание прижать ее к себе и властное стремление контролировать каждый ее вздох.

— Ты уверена? Сны в этом месте редко бывают просто снами. Особенно для тебя.

— Уходи! — почти выкрикнула она. — Я не хочу тебя видеть в своей спальне ночью. Убирайся!

Макс замер на мгновение, его глаза на секунду вспыхнули красным, но он подавил вспышку ярости. Он медленно поднялся, поправил рукава рубашки и направился к выходу. На пороге он остановился, не оборачиваясь.

— Я буду за дверью, если тебе снова станет страшно, — тихо произнес он и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

Виолетта осталась сидеть в кровати, подтянув коленки к груди и обхватив их руками. Она смотрела в окно, где небо на горизонте начало едва заметно светлеть, приобретая холодный жемчужный оттенок. Сон не возвращался, да она и боялась засыпать снова.

Что это было? Она слишком хорошо помнила этот голос. Это не была галлюцинация ее воспаленного мозга. Может ли быть такое, что Виталион, как и когда-то в начале их отношений, пытался пробраться в ее сны? Его душа, скованная тьмой, но все еще связанная с ней нитью истинности, отчаянно искала спасения. Она звала ее, молила о помощи. Но почему связь была такой зыбкой? Почему он не смог пробиться к ней, почему образы были такими искаженными?

Это так сработала защита Макса, превратившая ментальный мост в кошмар? Или же сама тьма, поглотившая Виталиона, препятствовала их воссоединению, не давая свету ее любви коснуться его истерзанного сознания? Вопросы множились, не давая ответов, и от этого становилось невыносимо больно.

Утро наступило серое и хмурое. Виолетта заставила себя подняться, умылась ледяной водой, пытаясь стереть следы бессонной ночи, и привела себя в порядок. Зеркало отражало бледную тень той девушки, которой она была раньше. Но в глазах зажглась решимость. Ей нужно было действовать.

Стоило ей выйти из комнаты, как Макс тут же оказался рядом. Он выглядел безупречно, как всегда, но под его глазами залегли едва заметные тени. Он молча последовал за ней, когда она направилась к столовой. Этот постоянный надзор душил, но Виолетта терпела, ожидая момента.

У самого входа в столовую, где уже слышался гул голосов студентов, она заметила вдали Филипа. Он стоял, прислонившись к колонне, и делал вид, что изучает какой-то свиток. Но когда их взгляды встретились, он едва заметно кивнул и сделал жест рукой. Едва уловимый знак, понятный только им. Нужно было поговорить. Без свидетелей. И прямо сейчас.