Книга Судьба, страница 22 – Эра Агнес

— Но Дар.

— Что Дар?

— Зачем-то меня выбрали.

От нерешительности Анна пожала плечами. Роккель каждый раз не понимал выбор Судьбы.

На этот раз он был на нее зол. Зачем Анна ей нужна?

Правда была в том, что Анна не имела права отказаться от сделки с Судьбой. Та давно приглядывалась и готовилась к их встрече. Все было спланировано задолго до их встречи с Роккелем.

— Как часто Дар дает о себе знать?

— Примерно раз в столетие. Иногда реже. Помню время, когда три века подряд я его не чувствовал.

— А что ты делал все то время?

— Просто существовал. Вернее сказать, выживал. Дар не мог меня прокормить и обогреть. Мне приходилось много и изнурительно работать. Из века в век моя жизнь менялась, но не всегда в лучшую сторону. По моему скромному мнению, сейчас я живу в лучшем мире, чем когда-либо. У меня есть любимое дело, крыша над головой. Я свободен.

— Роккель, извини меня.

Он не понимал, за что Анна извиняется.

— Ты за всю свою жизнь справился со стольким количеством проблем, что мне и не представить. Я не хочу обременять твою жизнь еще своими забота…

Роккель грубо оборвал её на полуслове. Он был очень взбешен тем, что она собиралась ему сказать. Роккель левой рукой ухватился за подбородок Анны и заставил её посмотреть ему в глаза. Он шепотом проговорил:

— Анна, никогда не обесценивай свою боль, поняла?

Невольно глаза Анны наполнились слезами, но она и не думала отводить взгляд от самых красивых глаз на свете. Несколько слезинок покатились по её щекам. Роккель ласково смахнул их большим пальцем.

— Пообещай мне отныне поменьше плакать. Если это я на тебя так плохо влияю, то ты только скажи, и духу моего не будет рядом с тобой. Но для начала я исполню все твои желания, а потом исчезну как джин. Да, было бы круто, если бы я жил в чайнике. За аренду тогда платить не надо. Как думаешь, хорошо на мне будут смотреться шаровары?

Спасительный смех, побеждающий любые слезы. Анна сквозь всхлипы промямлила что-то невнятное со словом «дурак». Затем она уткнулась носом в грудь Роккеля и крепко обняла. Рядом с ним она чувствовала умиротворение. Она слышала его сердцебиение, и это её успокаивало. Роккель слегка оперся подбородком о её затылок, ласково и успокаивающе гладил рукой по волосам. Он наслаждался моментом и запахом её персиковых духов.

Мы никогда не забудем об этом дне.

— Анна, ты обещала секрет.

— Только не смейся сильно, — жалобно проскулила Анна, вытирая мокрые щеки тыльной стороной ладони.

— Обещаю.

Роккель поцеловал её в макушку.

— Когда мне было шесть лет, моя мама и её подруга уговорили меня погадать в Рождество. Гадание было очень незаурядным. Они насыпали в стаканы разные предметы. Не помню, какие именно. Кажется, это были разные крупы, специи, сахар. Я должна была закрытыми глазами выбрать один стакан. Это было каким-то предсказанием на жизнь. Сомневаюсь, но кажется, я выбрала соль. Это не столь важно. Затем было гадание в зеркале. Нужно было встать напротив зеркала и что-то сказать. Сначала я не видела никого, но потом появилась красивая девушка. Она мне улыбалась угрожающей улыбкой. — После этих слов Анна задрожала всем телом. Ей было неприятно об этом рассказывать. — Через мгновение мне показалось, что это был звериный оскал. На меня в зеркале смотрела волчья пасть, а затем вновь появилась та милая девушка. Волосы у нее были черные, глаза жутко светились инеем. Представляешь, я после увиденного не могла нормально спать несколько месяцев. Меня мучили удушливые кошмары. Ты не подумай, что я это рассказываю просто так. До сегодняшнего дня я думала, что этой девушки не существует, что она плод моей детской фантазии, пока не увидела её через окно твоего бара. Её портрет изображен на картине у самого входа.