Книга За речкой, страница 57 – Артём Март

Мальчишка, кажется, совершенно ничего не понимал. Он только и делал, что пытался отдышаться, вытирая губы.

Небритый быстро понял, что болтает впустую, и шлёпнул того паренька ладонью по бритому затылку. Со стороны удар выглядел не сильным, но звук оказался настолько громким, что пробился сквозь гул вертолётных двигателей.

М-да… У небритого тяжёлая рука.

Когда парень схватился за голову от боли, я встал. А потом, привычной валкой «десантной» походкой направился к ним.

Когда приблизился, старики увидели меня. Их взгляды — злые одних и удивлённо-заинтересованные других, упёрлись в меня.

Не говоря ни слова, я просто взял и отпихнул небритого. Тот громко бахнулся о борт спиной. Выпучил на меня злобные глаза, а потом вскочил. Почти разом поднялись и все его дружки.

— Э! Э! — заорал вдруг кормовой стрелок, заметив наконец всё происходящее, — сесть! Сесть всем быстро! А ну, не шататься по борту в полёте!

Голос его звучал зычно и пронзительно. Этот человек явно давно летает и знает, как надо орать, чтобы тебя услышали сквозь шум двигателей.

Старики угрюмо уставились на него. Потом, почти синхронно, на меня.

— Сесть, говорю! — снова заорал стрелок.

Помявшись немного, бойцы хмуро вернулись на места. При этом они не спускали с меня глаз.

— Э! Ты! — закричал мне кормовой, придерживая пулемёт за приклад, — сесть!

— Сейчас сяду! — закричал я ему громко и спокойно.

Наши взгляды встретились. Я выдержал его, и стрелок кивнул. Поджал губы, а потом уставился в свой люк.

Я опустился на корточки рядом с перепуганным, борющимся с собственным дыханием новичком.

— Смотри на меня! — закричал ему я.

Тот не среагировал сразу. Тогда я взял его за лицо и заставил заглянуть себе в глаза.

— Смотри!

Боец посмотрел. На лице его читалась смесь страха и растерянности. Я понимал — он переживал паническую атаку. При этом решительно не понимал, что с ним происходит. Ну что ж. Находятся люди, на которых первый полёт действует подобным образом. Хотя и не часто.

— Дыши! Глубоко! Слышишь⁈

Парень только моргнул.

— Слышишь⁈

Остальные бойцы-новенькие, сидевшие у правого борта, все как один следили за каждым моим движением.

— Надо дышать глубоко! Вот так!

Я сделал вдох, жестом показывая, с какой скоростью нужно вдыхать. Потом, столь же медленно выдохнул.

— Давай со мной! Понял⁈

Парень кивнул. Стал дышать синхронно со мной. Уже спустя полминуты бледность сошла у него с лица, а дыхание восстановилось.

— Нормально⁈ — спросил я.

Тот покивал.

Я поднялся. Хлопнул парня по плечу.

— Хорошо! Скоро прилетим!

Под пристальным и напряжённым взглядом бортстрелка я отправился было на своё место. А потом почувствовал, как меня схватили за рукав.

Это был крупный детина. Он смотрел на меня исподлобья, а потом поманил пальцем, чтобы я к нему опустился. Я этого не сделал. Только вырвал руку из его крупной ладони.

Тот, сверля меня глазами, внезапно зыркнул на своих помрачневших дружков. А потом встал сам.

Хоть и широкий, детина оказался ниже меня на треть головы. Он подался ко мне и закричал:

— Больно ты мурый! Поговорим, как высадимся! Понял⁈

— Ну попробуй со мной поговорить, если смелый, — ответил я ему, не отводя взгляда от темно-карих глаз здоровяка.

Тот уставился в ответ волком. Казалось, он вот-вот попытается напереть на меня, упереться своим лбом в мой, словно какой-то разъяренный баран. Да только он этого не сделал. Все так же по-бараньи раздувая ноздри, он вернулся на свое место. Я не сводил с него взгляда, пока тот сам не повернулся к одному из своих дружков и не заговорил с ним.