Книга Операция "Янус-1", страница 15 – Артём Март

— Ну чего, товарищ капитан? — весело спросил Наливкин. — Нашли чего-то?

Орлов обернулся. Наградил Наливкина таким угрюмым взглядом, что ему позавидовал бы и трухлявый пенек.

Ничего не сказав, он встал, что-то спрятал в карман бушлата. А потом они с Тюриным удалились. Пошли вдоль скалы, к невысоким кустам можжевельника, которыми поросло почти все подножие.

— Ну я ж сказал? — с улыбкой бросил Наливкин Ефиму.

Осмотр местности вокруг скалы продолжался недолго. Тем не менее, группа отыскала следы солдатских сапог, а также спортивной обуви. Как потом все же умудрился узнать Наливкин, Орлов обнаружил упаковку от солдатских галет. Вполне возможно, что Селихов и Канджиев тут были.

— Ну скажи мне, Денис, — Наливкин подошел к задумавшемуся о чем-то Орлову. — Ну чего ты такой кислый, а? Это там, в кабинетах у нас «конфликт интересов». А тут, в горах, все мы в одной лодке сидим. У всех одни и те же проблемы: духи, американец, холод этот собачий. Так еще и ты выпендриваешься.

— Так если проблемы у нас с вами одни, — проговорил Орлов, пожевывая травинку, — чего ж вы от меня старшего лейтенанта Муху выгораживаете, а? А он, в свою очередь, выгораживает Селихова. Уж я успел чуток с делом этого старшего сержанта познакомиться. Тот еще паренек. Своевольный.

Наливкин помрачнел.

— Если б не Селихов, — сказал он, — ни вы, ни мы никогда б на след этого американца не вышли. Никогда б не случилось так, чтобы цэрушник раз, и у нас перед носом оказался.

— И знаете, что это доказывает? — Орлов сплюнул травинку.

Наливкин молчал.

— Что у нас с вами, товарищ майор, совершенно разные проблемы.

— Товарищ майор!

Наливкин обернулся.

Из-за кустов можжевельника торопливо вышел и направился к ним с Орловым Ефим Маслов.

Наливкин заметил, что пограничники, помогавшие лейтенанту вести осмотр, засуетились.

— В чем дело? Докладывай, — строго сказал майор.

— Мы нашли пещеру, товарищ майор, — сказал Маслов, покосившись на стоящего рядом Орлова. — Там, у основания скалы. На нору похожа.

— И что? — спросил Наливкин.

— А в ней тело, товарищ майор. Труп какого-то душмана.

Ночь. Вороний Камень. До обнаружения трупа три часа.

— Выглядишь неважно, — проговорил я Алиму, вглядываясь в его желтоватое от отблеска огня коптилки лицо.

Лицо пограничника поблескивало от выступившей на лбу и щеках обильной испарины. Губы его подрагивали.

Несмотря на то, что я отдал Алиму и свою плащ-палатку, согреться он не мог. Временами дрожь усиливалась настолько, что Канджиев начинал постукивать зубами.

— А? Чего? — Алим вздрогнул так, будто резко проснулся после беспокойного сна.

Потом глянул на меня. Взгляд пограничника несколько мгновений казался рассеянным. Сфокусировался не сразу.

— Жаропонижающее принимал? — спросил я.

— А… Да… — Алим встряхнул головой, как бы стараясь прогнать сонливость.

— Хорошо. Прими еще и поспи. Я подежурю.

Алим поджал губы. Глянул на Абубакара, закутавшегося в свою шерстяную накидку. Душман прислонился к дальней стене пещерки и то и дело опасливо поглядывал то на меня, то на Канджиева. Если вдвоем тут сидеть было достаточно тесно, то втроем — невероятно тесно. Трусливому Абубакару пришлось вжаться в сжаться, чтобы не касаться коленями моего или Алимова колена.

— А этот? — Алим указал взглядом на Абубакара.