Книга Операция "Янус-1", страница 82 – Артём Март

— Верба…

— Дай сюда! — не выдержал Муха, вырывая у Кулябова гарнитуру.

Радиотелефонист сначала удивленно уставился на старлея, но потом виновато отвел глаза. А потом как-то жалостливо посмотрел на старшего механика-водителя Никиту Полевого, высунувшегося из люка механика-водителя.

— «Верба-1», на связь, — строго и даже требовательно вызвал Муха. — Это «Ветер-1», прием.

Он прислушался к шуму статических помех.

Стрелковый бой, завязавшийся где-то в горах, длился не больше десяти минут. Вот только треск стоял такой, что сразу стало ясно — это не легкая, ленивая стычка, какие бывают, когда наши нарываются на разъезды и дозорных противника. Это настоящий, высокоинтенсивный бой. Бой, закончившийся почти так же быстро, как и начавшийся. Но самое главное — никто наверняка не мог сказать, что это вообще было.

— Не отвечают, сука, — предприняв еще несколько пустых попыток выйти на связь, проговорил Муха.

— Скорее всего, горы, — робко проговорил Кулябов и шмыгнул носом. — Мы на самом дне ущелья. Сигнал не проходит.

— Может, горы, — согласился я, — а может, связываться уже не с кем.

Кулябов растерянно улыбнулся.

— Ну ты и пессимист, товарищ сержант, — проговорил Кулябов, — вся эта стрекотня… Это ж всё что угодно может быть.

— Я реалист, — бросил я, задумавшись.

— Продолжать попытки, — Муха вернул Кулябову гарнитуру, чем, по всей видимости, немало расстроил бойца.

Потом, вслед за мной, спрыгнул с брони. Под робкие попытки радиотелефониста, оставшегося на БТР, связаться со спецгруппой, сказал:

— Хреновое у меня предчувствие, Саша. Очень хреновое.

— У меня не лучше, — ответил я суховато.

— Думаешь, они попали в переделку?

— Я ничего не думаю, Боря. Сейчас выводов никаких не сделать.

Муха достал сигарету. Закурил.

— Это может быть стычка между душманскими группировками, — сказал я. — А то, что группа на связь не выходит… Вполне вероятно, что и правда горы блокируют сигнал. Командир, они что-нибудь упоминали о том, по какой дороге пойдут? Где у них точка эвакуации?

— Ничего, — покачал головой Муха. — Насколько я понял, это всё информация ихняя внутренняя.

Муха выругался матом. Потом добавил:

— Ни черта непонятно, что вообще происходит.

— Тогда нужно разобраться, — сказал я.

Муха, видимо, подхвативший ход моих мыслей, поднял голову и уставился на скалистую вершину горы, что нависла над нами. Потом перевел взгляд на противоположный склон, не такой зыбкий у основания и не такой скалистый у верхушки.

— Я возьму отделение Самсонова и Кулябу, — сказал я. — Попробуем забраться где повыше и попытаемся выйти с ними на связь.

Муха, всё еще смотревший вверх на гору, прищурился от ветра. Поджал губы и коротко покивал.

— Добро, Саня. Давай только быстро. На всё про всё у тебя двадцать минут. Я займу оборону тут, в ущелье. Буду приглядывать за вами снизу.

— Приглядывай, — кивнул я и улыбнулся. Потом снова кивнул, но уже на ишака, которого Самсонов окрестил Гошенькой. — И за ним тоже приглядывай. А то вон, снова в нос колонны идет.

— А зараза… — Муха засуетился. — Геворкадзе, Митин! Не пускайте ишака! Не видите? Снова в нос идет! Как-как⁈ Подманите его чем-нибудь! Пускай уже отвалит!

— Горы, скалы… У меня вот где уже эти скалы! — сказал Куляба, поправляя подсумок с рацией и одновременно делая характерный жест у горла.