Книга Они были братьями. Часть 1, страница 55 – Артём Март

Он медленно повернул голову. Мэддокс сидел на плоском камне у края поляны и смотрел в карту. Смотрел уже битый час, хотя карта была бесполезной: мятая, порванная на сгибах, залитая чьей-то кровью. Она не совпадала с местностью уже несколько дней. Мэддокс всё равно пялился в неё, как в библию.

Рид сидел поодаль и чистил свою снайперскую винтовку. Движения у него были медленные, заторможенные. Он уже час возил тряпкой по стволу, хотя тот давно блестел. Просто нужно было чем-то занять руки.

Раненый солдат, капрал по имени Билли Сакс — молодой, напуганный, с перевязанной рукой, лежал на боку, подтянув колени к груди, и спал или делал вид, что спит. Повязка на его руке была бурой от запёкшейся крови. От неё неприятно пахло. Запах был мерзкий, какой-то сладковато-гнилостный.

Харрис снова уставился в небо. Мысли текли медленно, густо, как застывающий жир.

Они заблудились. Это было ясно всем, кроме Мэддокса.

Они подыхали тут уже несколько дней. С того самого момента, как Мэддокс устроил жирному работорговцу вечеринку, и им пришлось уносить свои задницы из его лагеря. Уносить без еды, без воды, без связи. Тогда все думали только о том, как бы остаться в живых. До припасов, снаряжения, раций и воды, что остались в лагере, никому не было дела.

Еще бы. Тогда, в лагере Махди осталась половина группы. Ещё один умер через день после бегства: просто не проснулся утром. Сердце, наверное. Никто не стал разбираться.

Вчера Мэддокс расстрелял очередного. У парня началась паническая атака, и майор не придумал ничего лучше, чем пустить ему пулю в лоб.

«Этот сукин сын разлагал мой отряд!» — кричал Мэддокс, пока все смотрели на тело Адама Синкерса. Так звали того бедолагу.

С тех пор никто не спорил с майором. Никто не задавал вопросов. Все просто шли, куда он скажет, и делали, что он прикажет.

Харрис приподнялся на локте. Этот жест отозвался болью в плечах, в спине, в пояснице. Всё тело было одним сплошным синяком. Он посмотрел на Рида. Тот перехватил его взгляд и тут же отвёл глаза. Посмотрел на Билли — тот дышал часто, поверхностно. Харрис подумал, что у него, наверное, жар.

Потом Харрис глянул на Мэддокса. Майор сидел всё в той же позе, склонившись над картой. Пальцы у него дрожали. Глаза блестели.

«Старик Мэддокс сходит с ума, — подумал Харрис, — он определенно спятил».

И в этот момент Харрис вдруг понял: они все тут умрут. Может, завтра. Может, через день. Мэддокс заведёт их куда-нибудь в ущелье, где нет воды, и они лягут на камни и больше не встанут.

Он облизал губы ещё раз. Потом сказал:

— Сэр, разрешите обратиться, сэр.

Мэддокс не поднял головы.

Дело в том, что Мэддокс с самого боя на посту работорговца, когда они отступили, твердил всем о какой-то «точке эвакуации». Харрис был связистом и отвечал за связь с командованием. По крайней мере, пока эта связь еще была, а батарея не села на второй день, после того, как они застряли у Махди.

И все точки эвакуации были ему известны. Вот только знал он и то, что без связи туда за ними никто не придет.

— Сэр? — повторил Харрис громче.

Мэддокс медленно оторвался от карты. Посмотрел на Харриса. Глаза у него были красные, воспалённые. Зрачки превратились в черные точки. Сделались какими-то безжизненными.

— Чего тебе?

Харрис сел. Привалился спиной к валуну. Камень был холодный, и это немного помогало унять боль.