Книга Они были братьями. Часть 1, страница 61 – Артём Март

— Посмотри на этого голодранца, — возразил я. — Осунулся весь. Такие от скуки не стреляют.

— Тогда что? — спросил Фокс, уже взяв снайпера на прицел.

— Погоди стрелять, — опередил его я. — Давай глянем.

Американец вдруг обернулся и поднял руку, словно бы давая кому-то сигнал.

Лес здесь рос на пологом склоне. Тут и там встречались небольшие холмы и впадины. И я заметил, как на одном из таких холмиков, располагавшихся метрах в пятидесяти от нашей позиции, и метрах в четырех выше, ему ответили.

— А вот и дружки, — прошептал Фокс.

Из-за низкорослых деревьев и зарослей, которыми обильно порос тот холм, вышли еще трое. Все грязные, потрепанные жизнью. И все с американским оружием. Вел их здоровый, широкоплечий детина, подкативший рукава своего кителя под самые бицепсы.

Группа принялась спускаться к снайперу по склону.

— Много их… — проговорил Фокс. — Чего они тут забыли?

— Охотятся. Ищут что пожрать.

Фокс даже от прицела отпрянул.

— Думаешь, товарищ прапорщик?

— Глянь на них, — кивнул я в сторону небольших человеческих фигурок, пробиравшихся по подлеску меж деревьев. — Без слез не взглянешь. Видать, недобитки после той бойни на Тишаке.

— Думаешь, ишака сожрать хотели? — нахмурился Фокс.

— Скорее всего.

Фокс некоторое время молчал. Потом поджал губы и вернулся к прицелу.

— И что делать будем, товарищ прапорщик? — прошептал он тихо и положил палец на спусковой крючок.

* * *

Старый мулла поклонился. Карим-Паша тоже ответил поклоном, однако, одной только головы. Затем старик вышел из небольшой мужской комнатки с низким потолком, и двое его рослых сопровождающих покинули ее следом.

Моджахед по имени Хехад, охранявший выход во двор, остался. Не стал провожать муллу.

Карим-Паша, которого звали когда-то Тимуром Рустамовичем Каримовым, сидел прямо на полу, на расстеленном там верблюжьем ковре, который он привез в кишлак Дашти-Арча, на случай, если придется здесь квартировать.

Перед собой Карим-Паша поставил небольшой старенький столик. Хозяин домишки, в котором Каримов взял себе квартиру, видимо, использовал его как обеденный. Карим-Паша же позволил себе воспользоваться столом, в качестве письменного.

— Карим-Паша, — позвал вдруг Хехад, будто бы ждущий момента, чтобы наконец заговорить.

Карим-Паша, просматривавший записку одному из своих полевых командиров, поднял на моджахеда взгляд.

— Он уже ожидает, Карим-Паша, — проговорил Хехад.

— Так быстро доставили? — без всякого удивления в голосе проговорил Каримов. — Хорошо. Заводите.

Хехад было открыл низенькую входную дверь и даже пригнулся, чтобы выйти наружу, но Каримов его задержал:

— Хехад, друг мой.

— Да, Карим-Паша?

— Ты заплатил этому крестьянину за квартиру?

Хехад, явно не ожидавший вопроса, замешкался отвечать.

— Да… Да, Карим-Паша. Заплатил, — несколько неуверенно пролепетал он.

Каримов поджал тонковатые губы. При этом он не сводил взгляда своих мягких глаз с моджахеда. А моджахед, тем не менее, несмотря на эту странную мягкость, казалось, вот-вот расплавится под взором Карима-Паши: он даже шею втянул в плечи. Ссутулился, будто ожидая удара.

— Заплати, — как бы между делом сказал Каримов, опустив глаза и делая вид, будто его интересует только записка. — И больше не смей мне лгать. Второго раза я не прощу.