Книга Печать Пожирателя 3, страница 46 – Илья Соломенный

Мы посмеялись, и я продолжил:

— Можно будет просто нанимать «актёров» — магов и простых людей, с которых только и остаётся, что снимать общий фон. Настроения, линии поведения в определённых ситуациях, черты характеров.

— Может возникнуть проблема с… Персональными данными.

— Ничуть. Это даже не аналог работы менталистов — никто не собирается красть чужие мысли. Да и было бы это так легко, ха! Мы просто будем делать слепок общего энергетического и эмоционального фона, безо всякой привязки к личности. Плюс — если оформлять всё это официально, можно просто составлять контракты. Кто-то согласится, кто-то нет — но это будет полноценный договор, как с актёрами.

— Звучит разумно. Вижу, ты уже размышлял над этим?

— И не один день.

— Хм… Получается, у тебя есть готовые структуры заклинаний, которые всё это делают? Снимают эмоции, связывают их с иллюзиями и закрепляют на них даже после «перезагрузки» источников питания?

— Точно.

— Охренеть, Марк! — Салтыков расплылся в широкой улыбке, — Ты хоть представляешь, какой это уровень колдовства⁈

— В общих чертах. Говорю же — случайно наткнулся на такую интересную особенность.

— Да уж… Ты не перестаёшь меня удивлять, — рассмеялся Пётр, — Всё-таки не зря ты спас мою задницу на Шабаше… Ничуть об этом не жалею!

— Было бы странно, если бы жалел.

Мы снова посмеялись, и допили бутылку вина.

— Ты же не просто так всё это рассказал мне?

— Разумеется, — настала моя очередь улыбаться, — Как я уже говорил, потянуть открывшиеся перспективы мне одному — нереально. Ты же знаешь, насколько мой род… «Богат».

— Да откуда бы?

— О, Пётр, пожалуйста, оставь кокетство для своих подружек! — тут уж я не выдержал, и рассмеялся, — Никогда не поверю, что ты не пробил информацию обо всей моей семье, прежде чем пустил на свой остров!

— Не понимаю, о чём ты, — фыркнул князь, и мы снова расхохотались.

Общаться с Салтыковым было приятно. Мы легко понимали друг-друга, не пытались казаться теми, кем не являемся, и имели довольно много общего. И несмотря на интерес к нему со стороны Юсупова (весьма туманный интерес, надо заметить, что мне изрядно не нравилось) — не воспользоваться возможностями, которые открывало знакомство с князем, было бы глупо.

Особенно в свете нашего дружеского общения.

— Я готов поделиться своими разработками, — произнёс я серьёзно, — И принять самое деятельное участие в развитии подобного бизнеса.

— Но?

— Никаких но — просто хочу половину будущей корпорации.

Салтыков поперхнулся виноградиной.

— А у тебя губа не дура.

— Ну а что? Всё честь по чести.

— Двадцать процентов будущих акций — максимум, который я могу предложить.

— Пятьдесят — иначе я прямо сейчас отправлю на оформление патент эмоциональных слепков. А потом просто буду его продавать всем, включая тебя. Больше заработаю, вероятно…

— Да ты настоящий головорез!

— У меня есть твоё слово, — усмехнулся я, — А процесс там настолько простой, что обойти патент другими методами не удастся.

— Вот тебя сейчас Василий не видит… Поостерёгся бы задирать… Ах ты волк с московской биржи!

— Приму это как комплимент.

— Давай так, — Салтыков прищурился, — Пока всё, что мы обсуждаем — эфемерные разговоры. Но я готов уступить и предложить тебе… Скажем, тридцать пять процентов будущих акций. Пятьдесят один останется мне, а остальное выпустим в свободную продажу.