Книга Печать пожирателя 6, страница 104 – Илья Соломенный

Вздохнув, я дождался Илону, которую наконец-то отпустили какие-то давние друзья её родителей, одни из немногих, кто не отвернулся от Кофеевых в своё время. Взрослая пара минут пять обменивалась с моей подругой любезностями, поймав нас по пути от парковки к особнякам.

— Фух, — рыжая подошла ко мне, — Ну наконец-то!

Моя подруга выглядела великолепно.

Облегающее изумрудное платье в пол с открытыми плечами и руками, лёгкие открытые босоножки с моим собственным заклинанием «подогрева», согревающим всё тело, большие серьги с изумрудами (защитные артефакты оставшиеся в наследство от родителей), золотые кольца многосоставного браслета на изящной ручке с идеальным маникюром.

Шикарные рыжие волосы Илона сегодня уложила в высокую причёску, которую зафиксировала азиатской заколкой «палочкой» — которая содержала в себе столько галлюциногенного яда, что при желании (при похищении, например), могла отправить в мир грёз пятерых здоровенных мужиков.

— Ты сногсшибательна, как всегда, — улыбнулся я, целуя рыжую в плечико.

— Ты так говоришь только потому, что на что-то надеешься после праздника! — рассмеялась подруга.

— Надеюсь, надежды не напрасны?

— Посмотрим… Будет зависеть от твоего поведения! — Илона показала мне язык, и потащила меня за собой, — Пошли, давай уже подарим наш подарок.

— Где он, кстати? — я покрутил головой, но грузчиков уже не было видно.

— Я отправила их к центральному особняку. Все подарки свозят туда.

— Хм-м-м…

Пока мы шли к основной движухе, разворачивающейся о фонтана и столов, где собралась основная масса гостей, встретили несколько знакомых лиц. Были тут и несколько студентов из «Златограда» и «Арканума», и люди из новостей, и те, кого можно было увидеть и в учебниках по истории — князь Иловайский, например, который, насколько я знал, заскочил на пару минут, и прямо сейчас поздравлял Салтыкова с его двадцать четвёртым днём рождения.

Пётр сегодня выглядел слегка непривычно — длиннополый камзол, белоснежная, хрустящая рубашка, брюки, волосы собраны в аккуратный хвост…

— Ставлю сотню что через пару часов он переоденется, — Шепнул я Илоне, — И три на то, что к концу праздника с кем-то поцапается.

— Ставлю две сотни против одной твоей, что переоденется он сразу после того, как ему вручат последний подарок, и официальные фотографы уберутся, — фыркнула моя лисица, — И шесть сотен против твоих трёх, что к концу вечера с кем-то поцапаешься ты.

— Да как ты… — я «задохнулся» от притворного возмущения, — Принимается!

Иловайский как раз закончил что-то говорить Салтыкову, кивнул ему, прошёл мимо стоящего в толпе сына, даже не взглянув на него, и направился к парковке.

Улучив момент, пока к Петру никто не сунулся, я потащил Илону за собой.

— Господин князь, — кивнул я ему, улыбаясь во весь рот, — А вот и мы!

— Марк! — Салтыков обнял меня, похлопал по плечу, и шепнул так, чтобы услышали только мы с Илоной, — Слава богу вы приехали… Хоть кто-то, кого не хочется застрелить! Кажется, я погорячился, решив устроить первый за пять лет официальный приём, и позвав на него столько высокородных семей… Это же скука смертная!

Мы едва не прыснули, но сдержались.

— Гости в восторге от представления иллюзионистов, — заметила моя подруга.

— Это пока мы не выпустили наш продукт, — ухмыльнулся Салтыков, — Вот тогда и посмотрим, кто от чего в восторге будет!