Книга Печать пожирателя 6, страница 115 – Илья Соломенный

Ну, не нулевая, конечно — но точно меньше пятидесяти процентов. А этого было явно недостаточно, чтобы с аппетитом есть лапшу, которую мне навешивал Юсупов.

Однако была у меня и другая догадка.

Эфир.

Салтыков внимательно посмотрел на меня, снова улыбнулся, сделал глоток отвара и покачал головой.

— А вот об этом, Марк, я готов рассказать только человеку, которому полностью доверяю. Поэтому предлагаю баш на баш. Ты говоришь, что от тебя хочет Юсупов в моём отношении — а я выкладываю расклад, как он есть.

— А потом?

— Будем думать, — князь пожал плечами, — Что нам ещё остаётся?

Он не торопил меня с ответом — и поэтому я хорошенько всё обдумал. Что ж, моя вина, что я попался как неопытный новичок, но… Рано или поздно это случилось бы так и так — либо всё равно пришлось бы выбирать.

Откровенно говоря, мне не нужна была ничья сторона. Я собирался оставаться на своей собственной, но соратник, прикрытие, называйте как угодно — выбрать было нужно.

С одной стороны — опасная государственная организация, которая чуть ли не специализируется на отлове таких, как я… И которая, в перспективе, может сильно осложнить мне жизнь. Но также, в перспективе, я смогу изнутри оказаться изрядно защищён — тем более, что место в Инквизиции, фактически, Юсупов мне уже предложил.

С другой стороны — сумасбродный молодой князь, который искренне считает меня своим другом, и к тому же владеет Эфиром. Власти у него нихрена не меньше чем у Юсупова — вспомнить хотя бы, как он замял дело после нашего «новогоднего праздника»… Он помог мне с кровавым ритуалом и уже понимал, что со мной что-то не так. Он вкладывал в мои разработки огромные деньги — и не спрашивал, как я их трачу.

И в глубине души я уже какое-то время знал, кого выберу.

— Что ж, это честно, — наконец, кивнул я, — Тогда придётся рассказать всё с самого начала.

Рассказ получился не слишком долгим — я упомянул лишь основные моменты, по которым мы общались с Инквизитором, рассказал о том, как он меня «подцепил», и в чём он подозревает Петра. Врать не стал — хотя мог.

Просто потому, что решил, что честность поможет расположить к себе князя.

— Значит, ничего серьёзного у него на тебя нет… Ты ведь, по сути, даже не нарушал никаких законов. Почти не нарушал, — усмехнулся Салтыков, явно напоминая о том, как он достал мне кровь Синицына, — Но об этом ты ему не рассказал.

— Было бы странно подставлять себя самого, — я вернул ему усмешку.

— Значит я был прав — и тут не выгода. А что тогда? Неужели он взял тебя за жопу исключительно патриотическими чувствами и парой услуг?

— Неверно. Когда человек такого уровня берёт тебя за жопу — ты просто не можешь отказаться, Пётр. Точнее — человек моего положения не может отказаться. Я безземельный дворянин из обнищавшего рода, в котором за последние три поколения были одни бесталанные. Без влиятельных знакомых, без друзей, без денег и даже без особого таланта.

— Тут бы я поспорил.

— Ты — другое дело, — спокойно продолжал я, — Ты можешь позволить себе открыть проход к Урочищу, заставить бесследно исчезнуть агента Инквизиции и сидеть в халате в Екатерининском дворце во время официального приёма. Но дело не только в этом.

— А в чём ещё?

— Мне стало интересно. После знакомства с тобой и настолько диссонирующих рассказов Юсупова я захотел узнать, что ты за человек. Правда ли такой ужасный монстр, каким он тебя выставляет?