Книга Печать пожирателя 8, страница 112 – Илья Соломенный

— Ты что, Марк⁈

— Подожди.

Я на секунду сомкнул пальцы на игральной кости, чувствуя, как Эфир вырывается наружу. Бирюзовые искры метнулись к попугаю, впились в перья. Птица дернулась, захлопала крыльями — и взлетела с пронзительным клёкотом, будто ничего не случилось.

Арс стоял, широко раскрыв глаза.

— Это…

— Воскрешение.

— Ты шутишь, да? Это подстава какая-то… Невозможно вернуть жизнь умершему!

— Невозможно, ты прав, — кивнул я, — Однако можно… Скажем так — притормозить процесс её ухода. Закуклить в Эфире процессы жизнеобеспечения при всех внешних признаках смерти. А потом вернуть всё как было.

— Это… Это… Марк, если ты умеешь такое…

Голос Кабанова сорвался на хриплый шёпот от возбуждения и удивления.

Я же только с сожалением покачал головой.

— Есть одна загвоздка. Всё это можно провернуть, только если пройдет не слишком много времени. И только если есть прямой доступ к телу, — Я потушил Эфир игральной кости, и спрятал её обратно.

— А конкретнее?

— Для человека? — я вздохнул, — Пять минут, тридцать четыре секунды.

— Для любого?

Проклятье… Кабанов был умён — сразу уловил суть и задал верный вопрос.

— Нет. Этот расчёт верен для твоей комплекции и энергоёмкости. Ты здоровый, а потому продержишься подольше, чем кто-то другой… Вроде девчонок.

Арс пристально посмотрел на меня, и снова вздохнул. Я увидел, что он всё понял.

— Ты просишь меня…

— Я не могу просить о таком, брат, — Голос сорвался, будто в горле застрял самый ком, — Но Туманоликий захочет продемонстрировать свою власть. Наказать меня за взлом его тайника… Так что если ты согласен…

Арс хмыкнул, пару секунд посмотрел на поверхность «ненастоящего» озера, и положил руку мне на плечо.

— Согласен.

Одно слово. Твердое, без колебаний.

Я хотел что-то сказать — «спасибо, извини, будь осторожен» — но только покачал головой. Всё это не имело смысла. Я знал, что Арс полностью мне доверяет, и что ему не нужны слова, не нужно подтверждение моих намерений.

Он мне просто верил.

А я… Просто верил ему.

— Я вытащу тебя, брат, — пообещал я, — Даже если придётся сдохнуть самому.

— Знаю.

Сказав это, Арс развернулся и пошёл прочь, оставляя за собой следы на мокрой траве.

А я остался стоять, глядя, как попугай кружит над водой, будто смерти и не было.

* * *

Чуть ранее. Фрагменты разрозненных воспоминаний.

Сразу после сражения Марка со Львовым и мятежниками.

Я поднялся в квартиру, едва волоча ноги. Каждый шаг отдавался в висках тупой болью — будто кто-то вколотил в голову гвозди.

Нельзя было терять время — всё закрутилось, и у меня оставалось около получаса, прежде чем прилетит АВИ Юсупова…

Порта в пространственный тайник раскрылся с тихим шелестом, и меня окутал знакомый запах жасмина, свежей травы и озона. Вот только в этот раз я пошёл не в дом, не к Илоне — а направился сразу к складу, забитому разным оборудованием.

Здесь, внутри, среди ящиков с артефактами, грудой оборудования и столов, заваленных инструментами и чертежами, стояли три криокапсулы — массивные, с матовыми стеклами, покрытыми инеем.

В первой — Аврора. Её рыжие волосы плавали в синей жидкости, как водоросли. Во второй — Эммерих, лицо бледное, почти прозрачное. А в третьей…

Я приложил ладонь к холодному стеклу. За ним, с закрытыми глазами, лежал я.