Онлайн книга «Печать пожирателя 11»
|
Даже меня, в какой-то мере. Безрадостные мысли неожиданно прервал крик. Он донёсся не с улицы, а из рации на столе. Женский голос, срывающийся на визг, полный неподдельного, животного ужаса. — … он её! Сосед… Сосед! Он просто набросился! У неё лицо… О, Боже… Сидящий за столом полицейский схватил было рацию, пытаясь что-то выяснить, но его слова потонули в нарастающем хаосе — словно плотину прорвало! Один за другим, с разных концов города, начинали визжать, кричать, вопить передатчики. Из динамиков полицейского сканера, настроенного на общий эфир, полилась симфония кошмара. — … на Февральской улице, мужчина в серой куртке нападает на прохожих! Нужна помощь!.. — Вызов в посёлок Энергетиков, дом 12… Говорит ребёнок… Папа… папа бьёт маму… а она не шевелится… и он смеётся… — Пожар на рынке! Люди, они… они поджигают друг друга! — Центр, я патруль 34! Нас атаковали! Это… это наши же люди! Они… Голос в эфире оборвался с душераздирающим криком и звуком рвущейся плоти. Воздух в кабинете замер. Даже привыкшие ко всему инквизиторы застыли, вглядываясь в рации, будто надеясь, что это чудовищный розыгрыш. Заместитель мэра — тот самый в помятом костюме — медленно сполз по стене на пол, закрыв лицо руками. Его тихие всхлипы стали жутким контрапунктом оглушительной какофонии с улицы. Я сжал кулаки. Холодная ярость, знакомая и простая, поднялась к сердцу, выжигая остатки сомнений и усталости. Предательство Ани было точечным ударом. А это… это был шторм. Эпидемия, перешедшая в терминальную стадию. — Волков! — мой голос прозвучал как удар хлыста, заставив всех вздрогнуть. Инквизитор выпрямился, его глаза, полные непонимания, встретились с моими, — Поднимайте всех, кого можете! По внутренней связи на все частоты! Объявить комендантский час! Немедленно! Всех жителей города — по домам, ни шага на улицу! Окна и двери — забаррикадировать! Не открывать никому! Волков кивнул, лицо его застыло в каменной маске служебного рвения, и он бросился к пульту связи, отталкивая оцепеневшего техника. Я обернулся к начальнику полиции, который смотрел на меня, будто я был призраком. — Вы! Собирайте всех своих людей, всех, кто ещё в строю и вменяем! Всех бойцов Нацгвардии, всех инквизиторов, всех, у кого есть ствол и хоть капля мужества! Приказываю им собраться здесь, у мэрии! Мы создаём здесь укреплённый пункт! Он заморгал, пытаясь осознать приказ. — Часть людей уже здесь, но остальные…. Люди на улицах… паника… мы не можем их бросить… — Они уже не люди! — прошипел я, подходя к нему так близко, что увидел в его глазах своё отражение, — Если они на улице — они уже мёртвы или скоро станут теми, кто будет рвать тебе глотку! Ты хочешь спасти город? Начни с того, чтобы собрать в кулак те жалкие силы, что у нас ещё остались! Или ты хочешь умереть в одиночку, размазанный по асфальту бывшим соседом? Он сглотнул, кивнул с трудом и, пошатываясь, бросился к своим рациям, чтобы передавать приказ. Я подошёл к зарешеченному окну, отодвинул тяжелый занавес. Город горел. В буквальном и переносном смысле. В нескольких кварталах отсюда вздымался черный столб дыма, оранжевые языки пламени лизали темнеющее небо. Крики, ранее приглушенные стенами, теперь были слышны отчётливо — нечеловеческие, визгливые, полные либо безумной ярости, либо смертельного ужаса. Где-то далеко трещали автоматные очереди. |