Книга Стратег из ниоткуда. Книга 2, страница 85 – Михаил Атаманов

Что началось после моих слов! Настоящая куча мала, из которой донёсся быстро оборвавшийся вскрик старого Шоши. Звон стали, ругань, крики… Распихивая остальных, из толпы вырвался и бросился к воде один из орков с оторванной головой вождя в лапах, но не успел сделать и шага, как был убит ударом ятагана в спину. Впрочем, и его убийца прожил ненамного дольше, быстро лишившись головы. Вот кто-то из орков всё же перехватил трофей и с ним прямо с берега с разбега нырнул в воду, проявившись над поверхностью уже на полпути к моей лодке. Костолом подал счастливчику руку и помог мокрому орку забраться к нам на баркас.

— Сяпа Хриплый из племени Аара, — голос у победителя полностью соответствовал прозвищу, — и я никогда не любил своего хитрого и подлого вождя.

— Добро пожаловать в племя Жёлтой Рыбы, Сяпа, мне нужны такие решительные и умелые бойцы.

Я осмотрел берег, на котором добавилось мёртвых тел, и обратил внимание на немолодого шамана среди множества бойцов.

— Шаман, если готов служить мне как вождю, то тоже плыви сюда. Остальным даю два дня срока. Когда послезавтра на закате я вернусь сюда, на этом острове должно остаться не более двадцати бойцов — самых сильных, крепких и умелых из вас, кто сумеет выжить в большой резне. Только такие достойны того, чтобы служить в моей армии! Если же вас окажется больше, чем двадцать, с острова не уйдёт вообще никто, вы там и подохните от голода. Слово вождя!

Уставший Глеб тяжело дышал, сидя на корточках на берегу звонкого горного ручья. Набирал ладонями и с жадностью пил студёную воду, пытаясь унять мучающую жажду и отойти от долгого изнурительного бега по заросшим крутым склонам предгорий Хребта Владык. Ноги парня дрожали от чрезмерной нагрузки и вообще не держали исхудавшее тело, исполосованная спина ныла от бесчисленных ссадин и синяков, но более от следов учительской палки, лёгкие же горели болезненным огнём после многочасового бега.

Ещё бы! Покинул территорию монастыря он сразу после традиционного вечернего построения молодых послушников на закате, на котором суровые наставники монастыря Первой Ласточки объявляли результаты последних тренировок и наложенные на нерадивых учеников взыскания. Но в последние три дня Глеб выкладывался на занятиях на полную, не давая придирчивым наставникам повода к нему придраться даже в мелочах, поскольку держал в голове план будущего побега, и лишние побои ему были совсем не нужны. Дождался, когда неофитов отпустят на ужин, и краткого момента пересменки у ворот, после чего юркой тенью выскользнул за высокие монастырские стены и помчался со всех ног.

Парню хотелось верить, что на сей раз его побег из тренировочного лагеря всё же удался. Это был далеко не первый его побег, но раньше его ловили либо прямо в воротах, либо в течение первого получаса, пока беглец ещё не успевал домчаться до спасительных лесных кущ на востоке и находился в хорошо просматриваемой с монастырских стен горной долине — плоской и расчерченной на аккуратные прямоугольники полей, ещё совершенно пустых столь ранней весной или даже покрытых снегом. Но вчера вечером всё вышло идеально! И с погодой повезло — густой вечерний туман лёг в долину и укрыл беглеца от глаз преследователей. И с пути он не сбился, выйдя полями в тумане и сумерках к правильной дороге, ведущей к единственному мосту через горную пропасть, тонкой ниткой перекинувшемуся над тёмной бездной с грохочущей внизу бурной рекой. Да и сам подвесной мост беглец пересёк, сумев не привлечь к себе внимания ужинающих охранников. В этот месте в случае обнаружения Глеб от безысходности даже готов был прыгать вниз в бурный несущийся куда-то в неведомую даль поток, но трое охранников моста сидели к нему спиной и больше заняты были разговорами и попытками вскрыть неподатливую залитую сургучом бутыль самогона, так что беглому послушнику удалось пересечь мост незамеченным.