Книга Стратег из ниоткуда. Книга 3, страница 13 – Михаил Атаманов

Скорострельность сразу же упала в несколько раз. Там, где из своего обычного лука эльф успевал сделать семь-восемь выстрелов, из блочного лука получалось выстрелить лишь раз. Но зато дальность стрельбы возросла с пятидесяти-семидесяти шагов до пятисот, а в некоторых случаях и до семисот. Так что мои длинноухие стрелки находились в дичайшем восторге и дни напролёт проводили на стрельбище, осваивая новое для себя оружие и с каждым днём добиваясь всё лучшей меткости на таких огромных дистанциях. Впрочем, от обычных луков мы не отказывались, и когда условный противник подходил близко, по команде длинноухие стрелки дружно меняли оружие, когда важна становилась именно скорострельность.

Количество гоблинских лучников я снова поднял до пятидесяти, восстановив таким образом понесённые в сражении с Борзом потери. Гоблинам нового оружия я не давал, больше делая акцент на тренировках выносливости, командных перестроениях и залповой стрельбе. Полсотни стрел способны были превратить врага в подобие дикобразов. Но наиболее заметный вклад в возросший «вес залпа» дало резкое увеличение числа арбалетчиков — с десяти до двадцати пяти, и на тренировках это воинство просто разносило мишени в клочья.

Всей сотней стрелков по-прежнему командовала Диасса Ловкая Лань, которую я официально повысил до сотника. Эльфийская охотница, неожиданно для себя ставшая главой Рода Мудрого Филина, заверила меня, что обязательно сдержит данное мне слово и честно выполнит заключённый контракт сроком на три года, поскольку «это дело принципа» и «слово главы Рода прочнее зачарованной стали». Хотя мне показалось, что Диасса использует эти тренировки для того, чтобы хоть на какое-то время снова стать просто беззаботным стрелком и отвлечься от бесконечной административной работы главы Рода. Но сразу после занятий Диасса Ловкая Лань покидала тренировочный лагерь до следующего утра, и я откровенно жалел новую княгиню, поскольку проблем и задач перед ней стояло даже больше, чем у меня.

Вторым сотником моей армии стал командир группы копейщиков Хуго Проворный. Полусотников же было двое: командир отряда тяжёлой штурмовой пехоты Фадир Твердолобый и назначенный командиром берсеркеров толстяк Аах Венорез. И если задачей первого являлся штурм крепостей и прорыв вражеского строя, то берсеркеры прикрывали фланги копейщикам или перемещались туда, где на поле боя возникли проблемы, и срочно требовалось укрепление. Кроме этих четырех видов войск в моей армии сохранился отряд «головорезов» из примерно сорока диких необузданных орков, предпочитающих личные умения командной работе в строю. А также формировалась кавалерия, причём не только быстроногие всадники Мансура, но и тяжёлая на бронированных носорогах во главе с Чевухом, родным братом Умной Совы.

Про этот принципиально новый вид войск стоит написать отдельно. Пока что в строю у меня имелось четыре осёдланных дугара, хотя в перспективе их количество можно было довести до семи или даже десяти. Мои охотники сейчас как раз и занимались постепенным перегоном второго стада дугаров с северных пустошей поближе к нашему тренировочному лагерю, но торопить их в этом смертельно-опасном деле точно не стоило. Разведчики также отслеживали и третье стадо дугаров далеко на востоке, и на него у меня тоже имелись планы, но пока что нужно было разобраться с уже имеющимися.