Книга Трудно быть графом, страница 26 – Алексей Федорович Федотов

— Опять вы сидите в темноте, – осуждающе глянула на свою начальницу девушка. – Как так можно? Звонили из Союза журналистов, – вернулась она к причине того, почему она здесь. – Спрашивают, нельзя ли провести обещанную вами пресс-конференцию раньше, уже на этой неделе. И ещё они хотели бы встретиться и с вашим братом.

— А не слишком ли много они хотят? – раздражённо буркнула Ирина. – Передай им, что в связи с моей загруженностью пресс-конференция раньше указанного срока невозможна. Более того, я думаю, что и на следующей неделе может ничего не получиться… А о приватном разговоре с моим братом могут и не мечтать. О разговоре без его согласия не может быть и речи, а он на такое вряд ли согласится.

— Хорошо, я передам им ваши слова, – покладисто согласилась с ней Ванесса. – Ещё вас хочет видеть господин Ивасаки.

— Он не сказал, зачем именно я ему понадобилась? – полюбопытствовала Ирина.

— Конечно, нет, – спокойно и невозмутимо ответила Ванесса. – Он мне таких подробностей не сообщил. А ещё он попросил у вас кошачий ошейник с радиомаяком… Только я не поняла, зачем он ему.

— Обратно, наверное, его кот убежал, – догадалась Ирина. – Хорошо, скажи, что я приму его… Скажем, завтра с утра. – Она прислушалась. – Что это за звук? – удивлённо глянула она на помощницу. – Кто это там так кричит?

* * *

— Дебил, – тихо выругал себя Ким. – Если хотел с ней поговорить, надо было делать это утром, а не тянуть столько времени…

Он оглянулся и пошёл на платформу-станцию, что была действительно как раз напротив стадиона «Южный».

Его отношения с Айкой вконец запутались. И винить в этом нужно было в первую очередь самого себя. Что ему мешало ещё в тот день нормально с ней поговорить? Если бы только он сразу, вместо того чтобы уходить, попытался бы всё объяснить… сказать…

Хотя что он мог ей тогда сказать? Он только сейчас начал осознавать, что в реальности к ней чувствует. Почему-то раньше он опасался заводить с кем-то серьёзные отношения. Из-за этого он не сразу понял самого себя и свои чувства.

Что изменилось с той поры? Он встретил прекрасную, особенную во всех смыслах девушку, не похожую на других. И дело было не в её красоте, а в ней самой.

Юра поднялся на пустую платформу и глянул на электронное табло прибытия электрички. Судя по информации на нём, ждать ему ещё минут десять.

Как это часто бывает, неожиданно о себе снова напомнил телефон. Отвечать на входящий вызов ему совершенно не хотелось, но, взглянув на дисплей, проигнорировать звонящего он не смог.

— Привет, братец. Как ты? – услышал он голос Рейчел.

— Как я? Как ты? – переадресовал он её вопрос. – Я себе места не нахожу, беспокоюсь. А ты только сейчас соизволила мне позвонить. Я уж начал прикидывать, как лучше взять штурмом то место, где тебя держат и куда никого не пускают.

— Ну, прости… – Вот только сожаления в голосе сестрёнки он так и не услышал. – Я целыми днями то на медобследовании, то на физиотерапии.

— Переутомлять себя – это не лучшее решение, – заметил Юра. – Как у тебя всё прошло?

— Я чувствую свои ноги! – Вот теперь он услышал в её голосе восторг. – Это такое приятное чувство – снова почувствовать их. Встать на них… Знаешь, первый раз у меня даже голова закружилась… Да что об этом рассказывать. Мне даже слов не хватит, чтобы передать все те чувства, что я испытала при этом.