Книга Мертвые пустоши, страница 104 – Алексей Федотов

Вообще, суеты вокруг меня, после приснопамятного разговора с императором в моем доме, много больше стало. Такое ощущение, что мой «тайный» противник знает обо всем и всех, что в общем неудивительно после той истории со Стасом. Уж если в спецотряде были его шпионы, то значит доносят и сейчас. Дед этого не знает? Чушь. Я не верю. Скорее ведет котригру в которой все мы пешки.

Что делать мне? Интересный вопрос. Уйти с шахматного поля в качестве игрока вместо фигуры мне сейчас не удастся. Слишком мало я знаю. Плыть по течению влекомый рукой опытного игрока? Да, пожалуй. И правила игры узнаю и информацией разживусь. Кстати, насчет информации…

— Ну, если «оттуда», то тебе виднее, — согласился я с собеседником. — Ладно. Принято. Однако поясни мне, что значит «рассчитывать на тебя». Чтобы в будущем не было непонятных моментов.

— Что ж… Справедливо, — качнул головой Карамзин скрестя пальцы на животе. — Как я уже говорил, твой курс с нами на практике будет обузой. Не тренированные, не дисциплинированные и не маги. Большинство станет закуской для монстров пустошей в первые же дни. Согласен?

— Наверное.

— Не наверное. Наверняка! — Он поднял указующий перст. — Некоторые, наверное выживут, если не попытаются остальных прикрыть. Если нас поставят в паре с вами, то с высокой вероятностью поляжем и мы.

Я молча покивал. Да, на текущем уровне развития моих однокашников и при тех условиях, что он сказал, так и будет.

— Как ты понимаешь, я сильно заинтересован, чтобы такого не было. Поэтому я предлагаю тебе стать лидером вашего курса.

О как! Я бы сказал — «неожиданно».

Еще один мотиватор. Мало мне Разумовской с Рудым.

— У нас есть староста, — усмехнулся я.

— Трофимова. Знаю. Я с ней говорил. Она согласна тебе уступить права.

Я хмыкнул и задумчиво посмотрел на княжича. Вот так просто, да? Я-то думал, что с ней еще придется побороться за власть, но так, безусловно проще.

— Я поясню мою позицию, — Карамзин взял чашку с чаем со стола. — Я не знаю откуда ты и что ты за зверь, и не собираюсь это выяснять. Но ты обладаешь нужными мне качествами и способен за короткое время обратить тот сброд, который у вас сейчас, в некое подобие боевого отряда.

Ну и самомнение у него однако.

— Ну, допустим… — я тоже взял со стола чашку. Отпил из нее.

— Не допустим! Тут либо берешься, либо нет. Но есть и другой вариант — при боевом столкновении ты бросаешь всех и бежишь в сторону нашего отряда. Поверь, вместе у нас будет больше шансов отбиться.

Я молча сделал еще глоток. Поставил чашку на белоснежную скатерть и ровным голосом сказал:

— Княжич, а ты не забываешься, а? Ты только что предложим мне, дворянину, предать всех и бежать к сильному? Если ты это серьезно, то нам больше не о чем разговаривать!

Я скомкал салфетку и медленно поднялся со стула.

— А я не ошибся в тебе Демидов, — расхохотался Карамзин. — Ты отличаешься от тех молодых недоумков в дорогих камзолах с вашего курса.

Я остался стоять.

— Ну, прости меня за очередную проверку. Это последняя, даю слово.

Ага. Как же, последняя.

Я опустился на стул.

— Ну как видишь, выбора вообще нет. Ни для тебя, ни для меня. Либо мы делаем наши отряды сильнее, либо умрем. — Он развел руками. — Простите, милые дамы, что я вот так откровенно, но из жизни слов не выкинешь.