Книга Мертвые пустоши, страница 92 – Алексей Федотов

Именно так.

Наказание должно было быть красивым, громким и показательным. Все так, как я и хотел.

Не важно, что по большому счету я участвовал в качестве статиста. На войне любые средства хороши, а то, что у меня идет именно война на несколько фронтов я как-то не сомневался, и чем быстрее я стану сильнее, в том числе и финансово, даст мне некий шанс выжить самому и даст жизнь роду.

На полигон, мы чуть не опоздали, за что получили мрачное хмыканье Резникова, который нас встречал перед входом.

Он провел нас внутрь и закрыл тяжелую дверь ворот. Провел рукой над символом-руной у створки и раздавшийся тяжелый лязг известил о том, что чтобы войти на арену полигона, нужно применять тяжелую артиллерию. Не меньше.

В этот раз они с Разумовской были вдвоем. Никонова не было и где он, я не стал спрашивать. Больше молчишь — умнее выглядишь.

— Так, девоньки! — Улыбаясь сказала Алевтина Петровна. — У нас сегодня вами первое занятие, и я хочу знать, что вы из себя представляете. Мы сейчас отойдем на скамеечки, и побеседуем, пока уважаемый Олег Федорович будет заниматься с вашим женихом.

А что⁈ Так можно было⁈ Помниться боевая старушка при первой встрече бока мне ух как намяла. Да так что пришлось лечебный артефакт прикладывать. А здесь — отойдем в стороночку… сядем на лавочку….и побеседуем.

Сюси пуси!

Что это за дискриминация мужского пола в моем лице? Хе хе…

На самом деле я, конечно, рад, что Разумовская девушек сразу в оборот не взяла. Все-таки я до сих пор придерживаюсь мнения, что мужчины должны защищать и добывать, а женщины оберегать семейный очаг. Даже если женщины магессы. Хотя, я понимал, что с моими девчонками это вряд ли выйдет. Больно уж они боевые и предложи им сейчас Разумовская спарринг один на один, тотчас вышли бы. Уверен.

— Ну а мы, отрок, отойдем в дальний конец полигона, — проводив Алевтину Петровну и девушек взглядом, бросил Резников. — Дабы не мешать дамам разговаривать. Пока идем, я тебе небольшую лекцию прочту.

Он пошел неспешным шагом заложив руки за спиной.

— Начнем с азов. На первых двух курсах вас учат творить магию как таковую. Не важно, можешь ты уже или нет. Учат самоконтролю и пониманию своего источника. Учат понимать сколько той магии осталось, после выполнения тех или иных техник, чтобы ты не «выгорел» на малых рангах. Насколько я знаю, Залеская уже провела лекция на эту тему?

Он посмотрел на меня, и я кивнул.

— Хорошо. Это конечно важно. Вот только, с учетом того, что ты абсолют, да и ранг у тебя уже четвертый, для тебя это неактуально и мы перешагнем эту тему и перейдем сразу на тему боевой магии. Ты уже умеешь выполнять некоторые слабые боевые заклинания и пробовал их в реальном бою.

Мы дошли до края поля и Резников остановился.

— Вот, скажи мне. Как ты считаешь, что должно быть главным при выполнении каста в бою? Что даст тебе твердый шанс на победу над противником?

Я задумался. Вопрос, надо думать, с подвохом.

— Мощность заклинания?

Архимаг отрицательно покачал головой.

— Скорость, отрок. Скорость! Не мощность. Мощность можно нарастить артефактами и зельями. А скорость каста — это то, что отделяет живого мага от мёртвого. Это первое, что ты должен запомнить!

Второе — многозадачность. Один стиль боя — смерть. Потому что ты становишься предсказуемым! Если ты умеешь делать только фаерболы, тебя убьёт любой воздушник или водник, который быстро пошлет в тебя два заклинания. Например, волну и резак. Волна остановит твой огненный шарик, а резак перережет тебя надвое. Настоящий боевой маг держит в голове минимум четыре готовых магических конструкции и переключается между ними за доли секунды.