Книга Воздушная кавалерия. Том 6, страница 104 – Джек из тени

— Лена, всё в порядке, правда, — я постарался, чтобы мой голос звучал как можно более убедительно. — Просто я действительно очень устал. Верфь, академия, подготовка к свадьбе… Всё навалилось разом. А твоя матушка, графиня Ростова, — я сделал акцент на титуле, — очень проницательная и деловая женщина. Наш разговор был скорее похож на деловые переговоры, чем на светскую болтовню. Это немного выбило из колеи, только и всего.

Она смотрела на меня долго, пытаясь прочесть в моих глазах правду. Я отчаянно надеялся, что мои актёрские способности её убедят.

— Ты уверен? — наконец, спросила она, и в её голосе прозвучала такая беззащитная нотка, что у меня сжалось сердце. — Ты не передумал? Из-за них?

И тут я понял, чего она боится на самом деле. Она боится, что я, узнав её семью поближе, испугаюсь и сбегу, откажусь от неё.

— Глупенькая, — я притянул её к себе и крепко обнял. Она вздрогнула и вцепилась в меня, как будто боялась, что я растворюсь в воздухе. — Как я могу от тебя отказаться? Ты лучшее, что случилось со мной в этом мире. А твоя семья… — я усмехнулся, аккуратно погладив по голове. — Что ж, придётся привыкать. У меня теперь тоже будет большая и… интересная семья.

Я чувствовал, как она понемногу расслабляется в моих объятиях, дыхание девушки стало ровнее.

— Правда? — прошептала она.

— Правда, — твёрдо ответил ей.

Я врал, точнее, не договаривал. Я не собирался «привыкать», зато решил хорошенько изучить Ростовых и Воронцовых и готовиться к противостоянию. Но ей об этом знать было не обязательно. Наконец, Елена отстранилась и, поднявшись на цыпочки, подарила мне долгий и отчаянный. В нём было всё: и облегчение, и оставшаяся тревога, и обещание.

— Поезжай, — прошептала она, когда мы, наконец, оторвались друг от друга. — Работай. Но звони, пожалуйста.

— Обязательно, — пообещал ей, направляясь к машине.

Когда я уже садился в автомобиль, я обернулся. Она всё ещё стояла на крыльце, маленькая и хрупкая фигурка в свете фонарей, и смотрела мне вслед. И в этот момент я пообещал себе, что сделаю всё, чтобы этот сложный, опасный мир её семьи никогда её не коснулся. Даже если для этого мне придётся объявить войну самим Воронцовым.

* * *

Елена смотрела вслед удаляющимся красным огонькам автомобиля, пока они не растворились в ночной тьме. Холодный ветер трепал её волосы и тонкое пальто, наброшенное на плечи, но она его не замечала. Внутри у неё тоже бушевала буря. Она верила Кириллу, точнее, очень хотела верить. Но женское чутьё, обострённое любовью и тревогой, подсказывало, что он был не до конца искренен. Что-то эти вечером надломилось. Что-то изменилось в нём после знакомства с семьёй.

Она резко развернулась и, не обращая внимания на дворецкого, пытавшегося взять верхнюю одежду, вошла обратно в дом. Её походка из летящей и беззаботной превратилась в стремительную и жёсткую. Она шла прямиком в гостиную, откуда всё ещё доносились приглушённые голоса.

Когда она вошла, все разговоры стихли. Семья, отец, Анна Павловна, София Игоревна и Алексей, сидели в тех же позах, что и до ухода Кирилла, но атмосфера изменилась. Исчезла даже видимость светской беседы. Теперь это был военный совет. И, судя по всему, темой этого совета был её жених.

Елена не стала садиться, она остановилась в центре комнаты, скрестив руки на груди. Её лицо было бледным, но решительным.