Книга Воздушная кавалерия. Том 2, страница 80 – Джек из тени

Это была не просто группа поддержки. Больше похоже на войсковую операцию.

Дирижабли, не снижая скорости, прошли над бухтой, заливая ее мертвенно-белым светом прожекторов. Картина, должно быть, открылась им впечатляющая: десятки трупов, развороченные сараи, дымящиеся развалины и три десятка грязных фигур, стоящих среди этого хаоса с оружием наизготовку.

Первый «Богатырь» завис над центральной площадью, из его распахнутого брюха, как горох, посыпались десантные канаты. Через минуту на землю уже ступали бойцы. Это были не наши батальонные обормоты.Жандармский спецназ, идеально подогнанная черная форма, легкие бронежилеты, новейшие автоматические карабины с прицелами, подозрительно похожими на коллиматоры. Они двигались быстро, слаженно, без единого лишнего движения, мгновенно беря под контроль ключевые точки, оттесняя моих людей на второй план.

С одного из центральных канатов, не спеша, спустились двое. Первым был уже знакомый мне по голосу майор Бельский, сухой, поджарый офицер с лицом, словно высеченным из камня. А следом за ним, грузно ступив на землю, спустился генерал. Высокий, седовласый, с тяжелой челюстью и глазами, холодными, как лед Байкала. На его кителе тускло поблескивала звезда Героя Империи. Я узнал его. Генерал-лейтенант князь Барятинский, командующий всем Дальневосточным Корпусом Жандармерии. Лично. Вот тебе и «мелкая стычка с контрабандистами».

Я медленно, опираясь на трость, пошел им навстречу. На фоне идеально чистых жандармов я выглядел как оборванец, случайно затесавшийся на императорский бал.

— Поручик Строганов? — голос генерала был низким и рокочущим. Он не спрашивал, он констатировал.

— Так точно, господин генерал, — я вытянулся, отдавая честь.

Он не ответил на приветствие. Его ледяные глаза медленно обвели поле боя, задержались на горе трупов, на вскрытых контейнерах с Пылью, на моих раненых, которым уже оказывали помощь прибывшие медики.

— Докладывайте, поручик. Коротко и по сути. Что здесь произошло?

Я доложил. Без эмоций, без оправданий. Сухие факты. Выдвинулись на доразведку. Обнаружили укрепленную базу. Оценили силы противника как значительно превосходящие. Принял решение на ликвидацию, под свою ответственность. Потери: один убитый, двое тяжелораненых. Задача выполнена.

Генерал слушал молча, не перебивая. Его лицо не выражало ничего. Когда я закончил, он несколько секунд смотрел на меня в упор, словно пытаясь заглянуть мне в душу.

— Принял решение под свою ответственность… — медленно повторил он. — Вы хоть понимаете, поручик, что это называется «самоуправство»? Что за такое я могу отдать вас под трибунал, и никакой героизм вас не спасет? Вы положили здесь тридцать человек, не имея на то приказа.

— Я положил здесь сорок шесть врагов государства, господин генерал, — спокойно ответил я, встречая его взгляд. — И вернул Империи стратегический груз, который числился утерянным. А моих потерь было бы ноль, если бы разведданные, на основе которых ставилась задача, соответствовали действительности. Мои люди шли на доразведку, а попали в осиное гнездо. Я выбрал единственный вариант, который давал нам шанс не только выжить, но и победить.

В повисшей тишине майор Бельский, стоявший рядом, тихо кашлянул.

— Господин генерал, разрешите добавить? Поручик Строганов действовал дерзко, но… эффективно. Если бы он отступил, как предписывал устав, мы бы потеряли ниточку. Они бы снялись и ушли, как только поняли, что груз обнаружен. Мы гонялись за этой бандой полгода, потеряли два патруля. А поручик… он решил многие проблемы за одну ночь.