Онлайн книга «Новые горизонты»
|
Волков подскочил к пульту и присвистнул: — Триста восемьдесят атмосфер и растёт! Это же на сорок выше рабочего! — Чёрт, — Михаил рванул к аварийному пульту. — Автоматика должна была сработать ещё при трёхсот пятидесяти. Ручной сброс давления! Пальцы привычно заскользили по рычагам и кнопкам. Десятки аварийных тренировок за годы работы довели действия до автоматизма. Но красная лампочка «АВАРИЯ» продолжала мигать, а стрелка манометра неумолимо ползла вверх. — Четыреста! — выкрикнул Сергей. — Предельное рабочее давление гидроцилиндров! — Клапана не открываются, — констатировал Михаил, методично переключая дублирующие системы. — Похоже, отказ в управляющем контуре. Электроника не реагирует на команды. Четыреста двадцать атмосфер. Система, рассчитанная на максимум четыреста пятьдесят, начинала работать на износ. А стрелка всё ползла. — Миха, валим отсюда! — Волков уже двигался к выходу. — При такой скорости роста давления у нас максимум минута до разрыва магистралей! — Нет, — Михаил остался у пульта, лихорадочно перебирая варианты. — Если эта штука рванёт, мы потеряем полгода работы. Плюс соседние стенды пострадают. А там новые системы управления огнём… Его руки метались по панели, пытаясь найти ту единственную комбинацию, которая заставит систему подчиниться. Опыт подсказывал: где-то есть решение. Всегда есть. — Четыреста сорок! — крикнул Сергей из дверного проёма. — Родионов, это приказ! Немедленно покинь… Михаил даже не услышал конца фразы. Всё его внимание сосредоточилось на аварийном рычаге ручного сброса, который должен был механически открыть главный дренажный клапан. Теория говорила: если электроника отказала, механика должна работать всегда. Он дёрнул рычаг изо всех сил. Металл поддался, но клапан не открылся — где-то заклинило. — Ещё раз, — прошипел он сквозь зубы и навалился на упрямый рычаг всем весом. Четыреста пятьдесят атмосфер. Критическое давление. Дальше только разрушение системы и взрыв, который снесёт половину испытательного корпуса. В эту секунду Михаил принял решение, которое характеризовало его как человека лучше любых наград и званий. Развернувшись к другу, он крикнул: — Серёга! Эвакуируй всех из соседних корпусов! Быстро! — А ты⁈ — Попробую добраться до аварийного клапана вручную! Четыреста семьдесят атмосфер… Михаил сорвал защитный кожух с главной гидромагистрали. Под ним находился дублирующий механический клапан — последняя линия обороны против катастрофы. До него можно было добраться, только просунув руку между трубами высокого давления. Любое неосторожное движение — и его размажет по стенам. — Марина, прости, — прошептал он, протягивая руку к спасительному рычагу. Четыреста девяносто… В этот момент поток гидравлической жидкости под чудовищным давлением прорвал ослабевшее соединение. Струя, способная перерезать стальной прут, хлестнула в полуметре от головы Михаила. Пятьсот атмосфер… Время замедлилось. Михаил видел, как трескается металл главного гидроцилиндра. Слышал нарастающий свист выходящей под давлением жидкости. Понимал, что через секунды вся система разлетится на куски. Рука нащупала аварийный рычаг. Дёрнул. Не поддался! Ещё раз, вкладывая в движение всю силу и отчаяние. Металл скрипнул и поддался. Клапан открылся, и давление начало сбрасываться. |