Книга Экспансия. Том 1, страница 101 – Джек из тени

Бой распался на сотни локальных стычек. Он перестал быть сражением, превратившись в жестокую, хаотичную резню, где всё решала не тактика, а личная храбрость, удача и знание каждой подворотни. На одной улице десяток ополченцев, забаррикадировавшись в пивной, отчаянно отстреливались, сдерживая полную центурию. В соседнем переулке двое карателей, отбившись от своего отряда, кромсали мечами пятерых горожан, вооружённых кухонными тесаками и вилами.

Здесь, в лабиринте узких улочек, преимущество атакующих в дисциплине и численности таяло. Но на смену ему приходил их чудовищный боевой опыт и животная ярость. Они дрались молча, зло, эффективно. Каждый их удар был выверен, каждое движение несло смерть.

На баррикаде у бывшей пекарни, где держал оборону отряд молодого графа Риттера, ситуация стала критической. Легионеры, прикрываясь щитами, подобрались вплотную и начали растаскивать завал, не обращая внимания на болты, стрелы и магические плетения, впивающиеся им в плечи и ноги.

— Назад! Они прорываются! — взвизгнул один из гвардейцев Риттера, когда тяжёлый топор карателя проломил доски баррикады и снёс голову его соседу.

Паника была заразительна. Люди начали отступать, пятиться, грозя превратить отход в паническое бегство.

— Стоять, трусы! Держаться! — орал граф Риттер, пытаясь перекричать шум боя, но его голос тонул в общем хаосе. Он видел, как один из карателей, огромный, как медведь, переваливается через баррикаду, и инстинктивно выставил перед собой меч.

И в этот момент рядом с ним приземлилась тень. Сержант Ворг. Анимориец, приставленный к их сектору, спрыгнул с крыши соседнего дома с грацией хищника.

— Совсем мышей не ловите, аристократы? — прорычал он. — Учись, салага!

Он не стал вступать в бой на мечах. Вместо этого он сунул руку за пазуху и выдернул оттуда небольшой, тускло поблёскивающий металлический шар.

— Лови подарочек, собака сутулая! — с этими словами он дёрнул за кольцо и швырнул шар прямо под ноги легионерам, которые уже начали спрыгивать с баррикады.

Граф Риттер, не понимая, что происходит, замер.

— На землю, идиот! — рявкнул Ворг, толкая его так, что тот полетел в грязь.

Оглушительный взрыв потряс стены домов. Это было не похоже на магию. Это был сухой, резкий, яростный хлопок, выбросивший вверх вспышку и сотни мелких осколков. Трое карателей, оказавшихся в эпицентре, просто разлетелись на куски. Остальных, стоявших чуть дальше, сбило с ног, их доспехи были испещрены дырами, из которых фонтанами хлестала кровь. Руническая граната. Оружие, которое Мэри до последнего приказывала не светить без крайней нужды. Нужда настала.

В наступившей на несколько секунд тишине, прерываемой лишь стонами раненых, Ворг поднялся на ноги.

— Чего уставились, тюлени⁈ — заорал он на ошарашенных ополченцев. — Контратака! Добить выживших!

Первым опомнился Риттер. Он вскочил и с диким криком бросился вперёд, вонзая меч в горло раненому легионеру, пытавшемуся подняться. Его люди, воодушевлённые примером и чудовищным эффектом непонятного оружия, последовали за ним. Атака карателей на этом участке захлебнулась.

На вершине центральной башни, в самом сердце урагана, царило ледяное спокойствие. Мэри стояла перед тактической картой, которая жила, дышала и пульсировала болью целого города. Она не отдавала приказы. Она дирижировала.