Книга Прорыв выживших, страница 93 – Алексей Махров

Я смотрел на извилистую линию Днепра на карте и мысленно представлял себе армаду «Панцергруппен номер один», застывшую в степи. Танки без топлива — это уже не грозное оружие, а мишень. Сердце защемило от радости за наш общий успех.

Вадим показал на правый берег.

— Здесь, в зоне ответственности нашей группы, проделана колоссальная работа. Разгром немецкого тыла можно считать практически завершенным. В радиусе ста километров от Вороновки нет ни одной боеспособной, полноценной части Вермахта. Только разрозненные, деморализованные остатки подразделений, которые мы постепенно додавливаем.

— Значит, можно праздновать победу? — с долей иронии в голосе спросил Валуев.

— Черта с два! — резко парировал Ерке. — Немецкое командование — не дураки. Они увидели угрозу и отреагировали. Чтобы ликвидировать «Группу Глеймана» и деблокировать Клейста, они снимают с киевского направления и экстренно перебрасывают на юг несколько крупных соединений. Нам достоверно известно о появлении в нашей зоне трех дивизий.

Его палец ткнул в точку на карте — крупное село Лозовая.

— Двадцать пятая моторизованная дивизия под командованием генерал–лейтенанта Роланда Катнера. Двадцатая моторизованная генерал–майора Генриха Ланга. И одиннадцатая танковая дивизия генерал–майора Ганса фон Функа.

Я замер, сердце пропустило пару ударов — солдаты 11–й танковой дивизии в июне раздавили гусеницами раненых советских детей. Я обещал им отомстить, и вот судьба решила нас свести.

— Все они сейчас концентрируются именно здесь, в Лозовой, — продолжил Вадим. — Мы взяли это село штурмом пять дней назад, но после продвижения на восток оставили его. Теперь фрицы превратили его в мощный укрепрайон, куда стягиваются свежие войска и бегут побитые.

— Три дивизии, одна из них танковая! — негромко сказал Валуев. — Это уже не «пожарная команда», а целая карательная экспедиция. Серьезно они за нас взялись. Одно радует — ради этого они сняли части с Киевского направления, значит штурм города уже не будет таким активным.

— Командованию нужна точная информация о составе, численности и намерениях этой группировки, — голос Ерке стал жестким. — Авиаразведка результатов не дала. Лозовая прикрыта мощнейшим зенитным «зонтиком». Наши самолеты не смогли приблизиться к селу, понесли тяжелые потери.

Он посмотрел сначала на меня, потом на так и стоявшего у двери Артамонова, и, наконец, на Валуева.

— Поэтому я предлагаю направить в Лозовую разведгруппу. Под видом немецких офицеров. Я, Игорь и Виктор.

Валуев откинулся на стенку горницы, скрестив на груди мощные руки. Его лицо выражало скепсис.

— Вадим, в твоем предложении кроется несколько проблем, — начал он, тщательно подбирая слова. — Во–первых, наш трюк с переодеванием мог прокатить здесь, в условиях прифронтовой неразберихи. Но Лозовая сейчас — это ключевой населенный пункт, где собрались крупные силы. Там наверняка действует совсем другой, усиленный режим охраны. Тщательная проверка документов, пароли, пропуска.

— Я это понимаю, — кивнул Ерке. — Но ведь мы уже пробирались на артсклад, где была схожая система охраны.

— Там были охреневшие от безделья тыловики, — вставил я. — И у нас была «железная легенда».

— Во–вторых, — продолжил Петя, — даже если вам удастся проникнуть внутрь, что вы, трое юных офицериков, сможете узнать? Вы не будете допущены на совещания, вам не покажут карты с дислокацией частей. Максимум — услышите какие–то обрывки разговоров или посчитаете количество техники на улицах. Стоит ли рисковать ради крох информации? Это будет не разведка, Вадим, а натуральное самоубийство.