Онлайн книга «Спасибо деду за Победу!»
|
Покопавшись в снаряжении, нашел принадлежности для чистки и масленку. Расстелил на мешке остатки рубашки. К разборке приступил не без некоторого опасения — держать в руках эту допотопную машинку мне приходилось, но ковыряться в ней — нет. Наконец, получив по пальцу возвратной пружиной, я победил детище сумрачного тевтонского гения — разложил на составляющие. Вполголоса матеря Борхарда вкупе с Люгером за переусложненный, на мой взгляд, механизм, смазал детали, и с трудом, но все-таки собрал. Проверил работу затвора — теперь все двигалось штатно. На всякий случай переснарядил оба доставшихся магазина. Вставил, дослал патрон, поставил на предохранитель. Ну, теперь все в порядке. Пасько наконец-то закончил разговор с паном старостой и теперь, задумчиво теребя подбородок, смотрел куда-то в лес. Ага, загрузился дед… Ну, не буду мешать, продолжу сборы. Надеваю немецкую портупею, поправляю ремни, подгоняю. Проверяю карабин, боеприпасы, штык-нож. Все в норме. Блин, я уже готов выдвигаться, а Игнат, как завороженный, любуется восходом. Что ему Панас наговорил? — Эй, дед! Ехать пора! — напомнил я Пасько о своем существовании. — Слышь, твое высокоблагородие, очнись! — Что? — Старик вышел из созерцательного состояния и посмотрел на меня, словно впервые увидев. — Я говорю: двигаться пора! Солнце уже поднимается, а мы здесь застряли! Выпотрошил клиента? — Как ты сказал? Выпотрошил? Э-э-э… еще нет, — покачал головой Игнат. — Но рассказал он мне много интересного. — Сам его кончишь или мне помочь? — Сам, конечно, — усмехнулся старик. — Возьму грех на душу. Такой твари не место среди живых. И каким-то совершенно будничным движением Игнат вынул из-за голенища нож и чиркнул старосту по горлу. Блин, да дедуля живорез почище меня! — Поехали, чего встал? — оглянулся на меня старик, забираясь на передок телеги. — Если бы я не видел, как ты ночью мужиков резал, то подумал бы, что ты крови испугался! Он еще и подкалывает! — Да я хотел у него карманы обшарить, на предмет патронов к «парабеллуму», а теперь к нему хрен подойдешь — хлещет, как из быка. — А, ты вот чего… — хмыкнул Пасько. — Садись, поехали! Карманы я уже обшарил. Не обломится больше ничего, там только расческа, сигареты, спички, грязный платок и какой-то документ, именуемый «аусвайс». Ни патронов, ни секретных карт… — Ну что же… Не жили богато — не хер начинать! — рассмеялся я, садясь рядом со стариком. — Поехали! Правда, я обещал ему медленную мучительную смерть… Нехорошо обманывать! — Считай, что обещание выполнил! — деревянным голосом сказал Пасько. — Он три часа, с самой полуночи умирал. Когда я его ножиком чикнул, уже и не дышал почти… — Хм… Ну ты даешь, твое благородие! Это что же за китайская пытка такая? — заинтересовался я. — Не, не китайская… Этому меня польские офицеры из Дефензивы научили… В двадцать втором… Два часа обучали, суки, пока мои ребята на помощь не подоспели. Как выжил — до сих пор удивляюсь! — огорошил рассказом Игнат и добавил после паузы: — Не нужно тебе, Игорь, эти живодерские способы знать. Не нужно, поверь мне! — Ладно! — кивнул я. — Мы уж по-простому — ножичком. А если надо будет кого-нибудь примучить, как пана старосту, то я тебя позову! Есть у меня еще один кандидат на вдумчивую беседу… Запомни на всякий случай, а то мало ли что… Вдруг не доживу… Топчет нашу землю гнида по имени Хельмут Робски, обер-лейтенант одиннадцатой танковой дивизии. |