Книга Рыжее счастье для майора, страница 129 – Анна Ковалева

И нет, Данил не погиб. Я просто не дослушал до конца. Но друг предпочел бы умереть, я это знаю.

Просто умереть самому легче, чем потерять всю свою семью. А именно это и произошло.

Тем проклятым днем Ангелину и Юлю занесло в торговый центр «Plaza». Лина хотела забрать костюм для утренника дочери.

Заскочили всего на полчаса, но они стали роковыми. Потому что попали девочки в самый замес.

И в тот вечер Дане пришлось опознавать их тела в морге.

И если меня эта новость подкосила, то на Даню просто было невозможно смотреть. Больше суток он провел в полном невменозе, под сильными седативами.

А потом очухался, но стал походить на живой труп. Не ел, не пил ничего, кроме кофе, жутко похожего на мазут.

Смотрел в одну точку перед собой и двигался чисто механически, потому что нужно было устраивать похороны, а Линины родители сами были едва живы от горя.

Мы с Катей тоже были буквально убиты, жене пришлось давать успокоительное. Но ради Дани нам пришлось собраться.

Самым жутким было посещение похоронного бюро. Эти ряды гробов, венки повсюду, неистребимый и противный до тошноты запах ладана.

Даня как-то справился с организацией, купил, что надо, договорился со смотрителем кладбища и священником.

А потом руки у него буквально опустились. Когда потребовалось собрать одежду для похорон. Это стало последней каплей.

Соломинкой, переломившей хребет.

Он упал на колени среди вороха детской одежды и завыл, как смертельно раненный волк.

Как вожак стаи, с которого крючьями заживо сдирали кожу.

И вот тут непосильную ношу взяла на себя моя Катерина. Моя девочка смогла быть сильной в самый тяжелый момент.

Она попросила увести Даню, и сама выбрала одежду для проводов в последний путь. И для Юли, и для Лины.

Выбрала, погладила, и сама же отвезла ее, куда нужно. Поминки тоже взяла организовать, лишь спросила, сколько будет человек.

*****

Похороны — это всегда страшно, особенно когда они такие.

Обычно мы с парнями утешали убитых горем вдов и матерей и отдавали честь боевому товарищу. Герою, погибшему при исполнении воинского и служебного долга.

И даже в самом страшном кошмаре никому из нас не могло привидеться, что придется собраться вот так.

Чтобы поддержать друга и командира.

На кладбище пришли все, кто знал Данила и работал с ним. Те, кому он не раз спасал жизнь. Включая большое начальство. Это горе вмиг стало общим для всех.

Поддержать хотели и морально, и материально. Деньги собирал я, потому что знал, что Даня не примет. А ему они еще пригодятся.

Я не знаю, как мы это пережили. Честно, у самого чуть сердце не разорвалось от боли.

А еще за другом следить приходилось. Боялся я, что с него станется в могилу сигануть.

Наконец, всё было кончено. Церемония погребения завершилась, но еще осталось как-то пережить поминки.

Даня у могил оставался до последнего, ведь уйти означало окончательно признать свершившееся.

Принять жестокий факт, что видел родных в последний раз. Что навсегда затихли женский голос и детский смех.

Тепло и свет семейного очага, к которым всегда так рвался друг, погасли.

Поэтому командир так цеплялся за последние минуты прощания, а я не отходил от него ни на шаг. Катю отправил с Дмитричем, отцом Дани, которому тоже была нужна поддержка.

Но, наконец, Данил поднялся с колен, поправил венки и как пьяный, шатаясь, побрел прочь.